Ружемант 4 (СИ)

Ему было о чем мне рассказать — тысяча и одна история.

— Чему ты дивишься, scemo? Руж-волны, ты же слышал про них…

Вот, значит, как они выглядят. Бронемаг маячил перед глазами, не позволяя отвлекаться. Ожившим безумием указывал вдаль.

— Туда, fusielemante, туда! Видишь?

Словам призрака не верил, а вот новым, открывшимся чувствам очень даже.

Айка, маленький дамский пистолет в кобуре. Носила как талисман на удачу. Никто не верил, что он в самом деле может стрелять. Старушка и не могла. Скрипела, отчаянно звала на помощь. Коснулся ее крика, не очень понимая, как это возможно. Исполинской стрелой, ружейным снарядом метнулся сквозь толщь расстояния, сметая все на своем пути.

Морок начал спадать, пустоты принялись заполняться не вконец разрушенными домами. Многоэтажки опустевшие, недавно покинутые вкусили огня: черные, огромные полосы уродовали собой верхние этажи.

Стойкий, не выветрившийся запах гари, хруст битого стекла под ногами. Осколки впивались в плоть подошвы армейских сапог, рвали насквозь, но я не чувствовал. Единственное, что ощущал — желание говорить.

Граф на девятом этаже. Бывший офис, в спешке брошенная канцелярия. Сиротливо, словно звал на помощь прежних хозяев, урчал работающий принтер.

Я ломал собой перегородки, единым прыжком бросив тело вверх. Противился здравый смысл: ему мерзко видеть сны наяву. Кричал, что так не бывает! Кто бы его еще слушал…

Носферату устроился уютно. Десяток мертвецов, выпитых напрочь. Стонущая, не приходящая в себя от сна Айка, гласом разума в чем-то заверявшая меня Ириска…

Зарычал, не собираясь сдерживаться. Вампир зашипел, закрываясь плащом, едва я проломил пол под ним своей головой. Схватил вырывающуюся тварь за ноги. Мой удар выбил из него дух и желание сопротивляться. Отчаянно спасаясь, он потянулся к теням.

Ну уж нет, не в этот раз! Пальцы, словно стволы, изрыгали грязную брань ружейных залпов. Одно попадание за другим. Носферату захлебывался кровью.

Его тело восстанавливалось быстро, чужая кровь в самом деле давала ему несравненное могущество. Но сейчас он был будто загнанный зверь. Ненависть, злоба и кровожадность сменились обывательским страхом и желанием бежать, бросив добычу.

Объявился тот, кто многократно сильнее…

Останавливаться я не собирался, разум колотился в лихорадке, любая мысль тут же принимала облик приятных окриков.

Рвать, драть, стрелять, убивать! Прикладом в зубы, залпом в упор! Вражью голову в перекрестие прицела, мягко давить на спусковой крюк!

Сплетал все и воедино, не ведая жалости. Ружеклятья обратились в плеть, лишая вампира возможности бежать. Он взывал к магическим силам, но те не откликались на его зов. Черными полосами ожогов я оставлял на нем следы, бил, словно грушу.