Лезгинка по-русски

– «Лягушки» выручат, – уверенно сказал Занадворов.

Между головами осколкам пролететь, конечно, легче, чем между телами. Тем не менее плотность строя и подполковника беспокоила.

– Они сейчас поймут, что входят в зону естественной видимости, – сказал Тихомиров, – и начнут расходиться.

– Сто пятьдесят метров до первой группы, – доложил снайпер. – До второй около двухсот. Вторая еще перестраивается.

– Готовимся! – сказал командир. – Громобой командует.

Потянулись долгие секунды ожидания.

– Внимание! – сказал снайпер. – Огонь!

Воздух вздрогнул от залпа «подствольников». Тряхнуло здание метеостанции, хотя стекла и уцелели. Но этот грохот стал продолжительным, покатился с возвышенности, на которой спецназовцы заняли позицию, быстро превратился в грохот множественных взрывов внизу, там, где шли бандиты, и тут же продолжился – сначала пулеметными, а потом и автоматными очередями.

Кто и в кого стрелял, сказать было трудно, потому что взрыв одновременно десяти гранат на небольшом участке поднял облако пыли и гари, скрывшее боевиков, и только один старший лейтенант Шумаков в тепловизорный прицел мог рассмотреть результат.

– Нормально ударили. Больше половины «положили». Они отходят к камням. Правее стреляйте, правее…

И сам снайпер выстрелил пять раз подряд, лишь с небольшим интервалом.

– Кажется, здесь все закончено, – сделал он резюме. – Вторая группа остановилась.

– Дистанция?

– Сто восемьдесят метров. Стоят рассеянно. Гранаты можно не тратить.

– Я их вижу, – сказал майор Тихомиров. – Луна хорошая, высвечивает.

– И я вижу, – повторил за майором старший лейтенант Заболотнов. – Могу достать, хотя дистанция почти не прицельная…

– Достань, – приказал подполковник. – И Громобой поможет.

Снайпер сменил в винтовке рожок и слегка сменил позицию. Первым заговорил «РПК»[16] Заболотнова. За его очередями было бы совсем не слышно выстрелов «Винтореза», если бы сам старший лейтенант Шумаков не прижимался щекой и одновременно микрофоном к пластиковому прикладу винтовки. Щеку от отдачи берегла мягкая прокладка, а вот микрофон от звука выстрела беречь было некому и нечему. И потому слабый выстрел звучал в наушниках громко. Снайпер стрелял с поразительной скоростью, словно ему совсем не было надобности прицеливаться. Но после шестого выстрела остановился.

– Попрятались… Но, кажется, около десятка на двоих мы положили.

Тут же замолчал и пулемет, стволу которого, как обычно, требовалось время на остывание.

– Похоже, наша задача усложняется. Я боюсь, что они теперь в атаку не пойдут… – в сомнении сказал Занадворов.

– Значит, следует идти в атаку нам, – сделал свой вывод майор Тихомиров. – Мне нужно шесть человек с пулеметчиком.

– Восемь бойцов, – сказал командир.