Русалка в академии

— Чего же?

— Вы не объявили, что же за земли получили ваши спасители? Мы не можем порадоваться за них, пока это не известно.

— Я не сказал? Должно быть, отвлекся на красоту госпожи Бороув, — рассмеялся Халиф. — Я подарил им земли, которых они заслуживают. Я отдал всю территорию Мертвой пустыни.

Зал замер, а потом аристократы расплылись в улыбках, зааплодировали, отовсюду раздались поздравления. Почему-то мне показалось, что этот диалог был подготовлен и разыгран нарочно.

Многие стали подходить к Ярису, поздравлять, улыбаться, представлять своих жен и дочерей. Я же сделала служанке знак наклониться и тихонько спросила ее на ухо:

— Что это значит?

— Что, госпожа?

— Что изменилось? Почему аристократы иначе ведут себя с Ярисом?

— Правитель признал его сыном, — пояснила она.

— Но разве никто не знал, что он сын Халифа?

— Да, конечно. Но он назвал его принцем, а значит сыном, чего прежде официально не бывало. Это значит...

— Это значит, что он сделал его потенциальным наследником?

Девушка лишь кивнула.

Твою ж!.."

"Я раздраженно развернула полученную дарственную. К счастью, текст в ней был написан в двух экземплярах: на халифатском и на имперском. Но то, что я прочла, мне совсем не понравилось. Земля отдавалась нам с Ярисом в совместную собственность и для совместного правления, под любыми законами нового регион должно было стоять две подписи, иначе они не будут действовать. Халиф решил пристроить сына к бизнесу, чего бы ему это не стоило. Зато в остальном полная свобода действий: свобода от халифатских законов, свобода взимать любые налоги на своей территории и не платить в столичную казну ни копейки. Фактически государство внутри государства, эдакий Ватикан внутри Италии.

Я растерянно покусала губы. С одной стороны, все как я хотела. С другой — проблем потенциально еще больше, чем я планировала. Хитрый старый лис.

Мимо прошли двое молодых халифатцев, увешанных золотом так, что было ясно, что они сыновья каких-то очень высоких чинов. Кинули в мою сторону уничижительные взгляды и, проговорив что-то, посмеиваясь, удалились. Но эту фразу я услышала еще, и снова. Кажется, это какая-то шутка, которую я не понимаю, и она разошлась по залу.

— Что это значит? — спросила я служанку, повторив кое-как выражение.

Она покраснела, что стало заметно даже на ее смуглой коже, замялась, а потом все же ответила:

— Правительница песка, госпожа.

— Точнее будет перевести как «княгиня песков», — подошел к нам мрачный Ярис. — Это из старой халифатской сказки. В то время Халифат еще не был единым государством, были лишь отдельные территории княжеств. Однажды бедная девушка, жившая на границе с пустыней, ходила по воду и увидела песчаного лисенка, запутавшегося в траве.