Рус

Обитало в нем двенадцать человек: хилый сорокалетний хозяин с лицом, на котором с невероятной быстротой менялись выражения, причем через раз было льстивое, а через два – испуганное; его ровесница жена-толстушка с дрожащими от страха пухлыми щеками и всеми тремя подбородками; хозяйский сын лет шести, для которого все происходящее было, скорее, игрой, и четыре дочки, старшей из которых, довольно смазливой голубоглазой блондинке, было лет тринадцать; две пожилые служанки или рабыни, две молодые и старик, открывший входную дверь. Из мебели только сундуки, столы, табуреты, лавки и кровати. Последних было три. Без спинок, только дубовая рама с высокими стенками и более тонкими поперечными перекладинами шириной сантиметров десять через промежутки сантиметров в пять. На всех перины, подушки с перьями и шерстяные одеяла коричневато-красного цвета. На самой широкой в самой дальней комнате спали родители, на двух поменьше во второй от конца комнате – дети. Обслуживающий персонал ночевал на лавках, застеленных на ночь льняной тканью, более толстой и грубой, чем была рубаха старика, а подушки набиты овечьей шерстью. И это дом не самого бедного горожанина. Я еще подумал, что то, что сейчас символ богатства, через какое-то время станет маркером среднего класса, потом бедняков, а дальше и вовсе голодранцев.

В дальних комнатах сундуки были набиты одеждой хозяев из льняных и шерстяных тканей. В одном на дне лежал мешочек с двадцатью семью серебряными монетами, франкскими и саксонскими, и кусок, примерно треть, серебряного блюда, отрубленный топором. Судя по тому, с каким спокойствием хозяин отнесся к потере этого богатства, гораздо больше спрятано в надежном месте. Искать будем завтра, а пока надо отдохнуть после ратных трудов."

"Выбрав по даме для утех, мы загнали всех остальных в дальнюю комнату, подперев дверь, чтобы добыча не разбежалась. Само собой, я взял старшую дочку и занял ту кровать, на которой она спала с одной из сестер до нашего прихода. Там ей будет легче расставаться с девственностью. Соратникам достались молодые служанки. Один занял соседнюю кровать, которую раньше занимали сын и две младшие сестры, а второй расположился в третьей комнате, кинув на пол перину и подушки, изъятые с хозяйской. Девочка оказалась податливой, стремящейся услужить, пусть и неумело. Заработал древний бабий инстинкт: пока ее хотят, будет жить.

12

Два дня викинги оттягивались в захваченном городе, насилуя женщин и съедая и выпивая всё, что нашли. Заодно собрали и поделили добычу. Ее было много, однако не шибко ценная. Серебра взяли мало, а золото – потир (чаша на высокой ножке) – нашли только в церкви, Скорее всего, в городе были и другие ценности, Оставалось только найти их.