Рус

Я опросил захваченных в плен константинопольцев, вычленил состоятельных, заставил соорудить для них отдельный загон и поставить дополнительную охрану. Это не дешевые рабы. Некоторые пленники на вес золота в прямом смысле слова. С помощью раба-писаря я составил их список с указанием суммы выкупа за каждого и именем того, кто должен или может заплатить. Бледнолицый евнух, сопровождавший меня, был отправлен с тремя листами пергамента в столицу империи. Заодно городским чиновникам будет, чем заняться. А то от безделья могут отважиться на безрассудное мероприятие, которое испортит довольно прибыльное наше. Я пообещал евнуху, что будет отпущен на волю, если выполнит это задание, хотя не был уверен, что свобода – его мечта. Что никому не нужный старик будет с ней делать?! Скорее всего, вернется к нынешним хозяевам. Раб – это состояние души.

79

Мы грабили окрестности Константинополя неделю. Добрались даже до Принцевых островов, которые расположены неподалеку от столицы в Мраморном море. Там сейчас много монастырей, находящихся в прямом подчинении патриарха, куда ссылают провинившихся родственников императора и священнослужителей высокого ранга. Оттуда привезли самую богатую добычу: большое количество украшенных драгоценными камнями ритуальных предметов и окладов икон из золота и серебра и тканей с шитьем из этих металлов,

Золото и серебро раскаляют и протягивают несколько раз через все более узкие отверстия в деревянной плашке, пока не добиваются нужного диаметра, и потом наматывают на деревянный цилиндр или фигурную основу и получают тугую спираль, называемую канителью. Поскольку при обычном шитье такая проволока будет ломаться, ее пришивают к ткани нитками такого же цвета, чаще шелковыми. Толстая канитель называется жесткой и используется для обозначения контуров узоров, которые образуют средняя (гладкая) и/или самая тонкая (мягкая). Если проволоку делают плоской и наматывают на многоугольную основу, получается трунцал – самый «нарядный» вид канители, который используют для особо сложных узоров.

Богатых пленников у нас выкупили родственники. Кто-то заплатил сам за себя и свою семью, достав деньги из тайника, который не смогли найти наши воины. Остальных мы продали работорговцам. Эти ребята во все времена существует за счет войны и как бы вне нее. Было бы у меня сердце пожестче и язык послаще, подался бы в работорговцы. В последний день цена на рабов упала до серебряной силиквы за три головы. Себе мы оставили только молодых крепких мужчин, чтобы было, кому грести, и красивых девушек для личных нужд. Заодно улучшим генофонд будущей Руси.

К моменту отплытия в нашем распоряжении было около двухсот судов разного водоизмещения.