Руль

Моя жизнь на волоске, а я обеспокоен теорией заговора там, где даже близко не знаком с политикой.

— Значит так, касатики, — снова включил доброго старика Мазай. — Моё предложение в силе ещё десять секунд. Только учтите: согласие принимается обоюдное, по одному вы мне не всрались.

— Я «за», — тут же ответил я.

Гюрза бросила на меня испепеляющий взгляд, но спустя пару секунд тоже кивнула.

— Нет, милочка, так не пойдёт.

— Да согласна я, согласна! — рявкнула она. — Задолбал…

— Ну вот и славненько. А теперь предлагаю всем по миксу — и в школу не пойдём, ха-ха-ха.

Молчаливый Череп вновь шагнул вперёд и выудил из нагрудного кармана портсигар, из которого извлёк бумажную трубочку. Надорвав краешки, он присел возле меня на корточки и вставил один из кончиков мне в губы.

Упрашивать меня не пришлось.

Резкий вдох — и моё тело заполнил жидкий огонь. Однако я уже знал чего ожидать, и, как мне показалось, на сей раз процесс выздоровления прошёл сильно легче. По крайней мере, я уже не орал как умалишённый.

Гюрзу тоже угостили волшебным зельем выздоровления. Я как раз уже пришёл в себя, когда она только начала извиваться. Зато теперь стало ясно, что боль длится не так уж и долго, буквально несколько секунд. Это в моменте она кажется вечностью.

С нами больше не разговаривали. Мазай бросил к ногам Гюрзы небольшой, но туго набитый мешочек, судя по звуку, заполненный камнями. Дьякон вовсю работал ручкой насоса, открывая переборку. Мазай, скрестив руки на груди, стоял к ней лицом в ожидании момента, когда можно будет покинуть убежище. И только Череп продолжал сверлить нас безжизненным взглядом. Я был на сто процентов уверен, что нам стоит лишь дёрнуться, чтобы мгновенно подохнуть. Из всех, кто здесь присутствовал, я боялся Черепа больше остальных.

Когда переборка наконец открылась, я увидел, что творится снаружи. Нет, ничего особенного, просто шансов на прорыв у нас не было ни при каком раскладе. Мазай пригнал сюда не меньше сотни вооружённых до зубов людей. И это я молчу про технику, на которой они сюда прибыли. Не каждый форт решится вступать в открытый конфликт с такой силой.

— Как только у вас будет что сказать, оставь сообщение в любом форте вот на этот ай-ди, — очень даже приятным, бархатистым голосом произнёс Череп и положил возле меня визитку.

Не прошло и пары минут, как мы остались совершенно одни. Снаружи доносился лишь шум дождя и отдалённый треск моторов.

— Чёртов ублюдок! — взвизгнула Гюрза. — Мразь! Ненавижу, тварь!

Она сыпала проклятья на голову Мазая, каждый раз находя такие речевые обороты, что портовый грузчик от зависти вырвал бы собственный язык. Ну а я не стал терять время понапрасну, тем более что мы находились в не самом выгодном положении.