Небо в рублях

 – Поздно в твоем возрасте переделываться, так и умрешь недотепой.

– Очень постараюсь, вот увидишь.

Марфа протяжно вздохнула:

– Хорошо. А сейчас-то что надо? Денег?

– Да, – понуро опустив голову, призналась Ми, – очень тебя прошу, дай нам двадцать пять рублей.

– Сколько? – пришла в негодование Марфа.

– Двадцать пять рублей, – робко повторила Ми. – Если честно, нам есть нечего. Совсем.

Марфа ушла в квартиру, прикрыв дверь, и через минуту вновь материализовалась на лестничной площадке – с купюрой в руке.

– На, – сунула она ее дочери.

– Спасибо, мама! – радостно воскликнула Ми. – Ты очень меня выручила!

– Рада помочь недотепе в очередной раз, – язвительно отозвалась Марфа. – Когда отдашь?

– Что? – удивилась Ми.

– Долги возвращать надо, – уточнила мать, – я человек с ограниченными средствами, бесконтрольно тратить их не могу, этак через десять лет на паперти окажусь. Поэтому говорю прямо: четвертной вернешь десятого числа и ни минутой позже. Поняла?

– Да, мама, – выдавила из себя Ми.

– Вот и хорошо, – кивнула Марфа и ушла, хлопнув дверью.

Лена и Милада остались стоять у лифта. Некоторое время подруги молчали, потом Ми забормотала:

– Десять рублей надо за коммунальные услуги отдать, а то домоуправша уже приходила ругаться, а на остальные продуктов купить. Еще электролампочки, мыло…

Лена сначала молча слушала, как подруга планирует расходы, но потом на Рыбкину напала невероятная злоба. Ощущая жар между лопатками, Лена выхватила из тонких, бледных пальцев Ми бумажку и заколотила в дверь квартиры ногой.

– Эй, ты чего? – испугалась Ми.

– Молчи! – рявкнула Лена.

Дверь распахнулась, на пороге стояла разъяренная Марфа.

– Какого черта… – завела было она, но Рыбкина не дала ей завершить фразу. Всунула матери Ми купюру и заявила:

– Держите, нам уже не надо, возвращаем долг.

– Вот и славно, – повеселела Марфа.

Дверь квартиры захлопнулась, и девушки снова остались одни.

– Что ты наделала? – с отчаянием воскликнула Ми. – У нас даже нет денег на обратную дорогу!

– Ерунда.

– Мы умрем с голода.

– Лучше подохнуть, чем так унижаться! – рявкнула Лена. – А ну, шевелись, выживем.

О том, как они выживали, можно написать сагу. К сожалению, маленький Никита постоянно болел и большую часть времени проводил не в яслях, а дома. Ми попыталась оставить сына на пятидневке, но уже через месяц забыла об этой затее: мальчик подхватил воспаление легких, потом коклюш, ветрянку, свинку, корь, отит…

Ми устроилась на работу в газету, но на службе начались свои сложности. Один раз Ми попыталась оправдаться и сказала заведующему отделом:

– Да, я опоздала на десять минут, извините. Но детский сад открывается в семь, а мы начинаем работу в полвосьмого.