Петербургский рубеж

"

"Пока же крепкая, удобная, затейливо изукрашенная карета да породистые кони отличают благородного аристократа от простого лондонского клерка. А господа, собравшиеся сейчас в резиденции премьер-министра, были аристократами еще старого замеса. Министр иностранных дел и первый лорд Адмиралтейства — это два человека, определяющие внешнюю политику Британской империи. Один из них заведует дипломатией, а второй обеспечивает силовую поддержку, ибо сила Британии не в армии, сила Британии во флоте.

Атмосфера в комнате с жарко горящим камином, в которой собрались эти уважаемые джентльмены, была такой же мрачной, как и погода за окном. Не помогал ни огонь ярко горящих поленьев, ни греющиеся на каминной полке кружки с ароматным глинтвейном. Причиной скверного настроения были грозовые тучи, сгустившиеся над Британией. Под угрозой оказалось само существование «империи, над которой никогда не заходит солнце».

Уже издавна, чуть ли не со времен Фрэнсиса Дрейка и Великой Армады, Англия не была так близка к краху. Пусть на сей день флот под флагом с крестом Святого Георга самый большой в мире, колонии во всех частях света самые обширные, а позиции фунта стерлингов на финансовых рынках самые неколебимые… Но всему приходит конец.

— Джентльмены, — сэр Артур обвел собравшихся угрюмым взором, — что вы можете сказать по поводу обстановки, сложившейся вокруг Японии? Кажется, месяц назад, давая японцам добро на начало войны против России, мы планировали нечто другое? Что вы скажете по этому поводу, сэр Уильям?

— Японский флот на дне, Япония разгромлена, — первый лорд Адмиралтейства мрачно смотрел на огонь, будто гадалка, старающаяся среди языков пламени узреть некие тайные знаки. — Блокада, установленная русскими кораблями, настолько плотная, насколько это вообще возможно.

Но хуже всего то, что моральный дух нашей эскадры в Вэйхавэе окончательно подорван. Русские вернули туда наших наблюдателей, которые находились на кораблях эскадры адмирала Того. Конечно, тех, кто выжил. Они рассказали, что многие корабли были уничтожены каким-то страшным оружием вместе с их командами. Это напугало всех: от командующего эскадрой вице-адмирала Джерарда Ноэла до последнего кочегара. Если мы попробуем послать эту эскадру против русских, то не исключен матросский бунт. Наши доблестные моряки не хотят разделить судьбу японцев и стать чем-то вроде боксерской груши для русских кораблей-демонов.

Министр иностранных дел Великобритании тяжко вздохнул:

— Джентльмены, если бы все наши неприятности ограничивались только Русско-японской войной… Все связанные с ней неудачи можно было бы списать в убытки и продолжать спокойно жить дальше. Со временем японцы выплатили бы долги нашим банкам, и всё вернулось бы на круги своя.