Сирийский рубеж 2

— Я готов доложить. Товарищ полковник, сегодня мной был заключён акт гражданского состояния с гражданкой… эм… Сидоровой! — громко доложил Иннокентий, подглянув в книжке фамилию Лены.

— Ай-яй-яй, что ты натворил, — тихо сказал у меня за спиной один из наших штурманов с армянским акцентом.

Хотя по-другому старший лейтенант Рубен Хачатрян и не мог разговаривать.

— Это он не подумавши сделать решил. Вот я бы ещё подумал, а потом погулял. А потом подумал, и ещё раз погулял, — вторил ему коллега Рашид Ибрагимов с кавказским акцентом.

Он же был у Хачатряна командиром экипажа.

Медведев подошёл к Петрову и посмотрел на свидетельство о браке.

— Петров, ну, поздравляю. Желаю, чтобы ты каждое утро, со всей пролетарской сознательностью, спешил на работу. А вечером с полной уверенностью и огромным желанием бежал с неё домой, — поздравил его с этим событием командир.

Вот же друг так друг! И не позвал на свадьбу."

"— Товарищ полковник, я в командировку готов ехать. Прошу включить меня в группу подполковника Тобольского.

По залу прокатилась волна удивления. Да я и сам был готов идти и переубеждать Кешу. Но видимо, это было не так уж и возможно.

— Петров, когда я сказал, что желаю тебе бежать на работу, я не говорил это делать в направлении Сирии, — сказал Медведев, которого такая просьба удивила не меньше, чем остальных.

Не мог не прокомментировать этот момент и Рашид.

— Быстро его жена достала. Даже в Сирию готов убежать, — предположил азербайджанец.

— Товарищ полковник, я готов. Тем более, подготовленных людей на Ми-28 не хватает. И… и вообще, я своих не бросаю!

Медведев повернулся ко мне и Тобольскому.

— Чего молчите? Вам люди нужны? — спросил Геннадий Павлович.

Дилемма, конечно, ещё та. Я всегда следовал принципу: на войну не просятся, от войны не бегают. А здесь выбор сложный.

Кеша нам нужен, но больше всего он нужен своей семье. Живой.

— Иннокентий Джонридович достаточно послужил Родине. Да, его опыт нам бы пригодился. Но есть моменты, когда лучше от греха подальше человека оставить, — сказал Тобольский.

— А ты что скажешь, Сан Саныч?

— Считаю, что мы должны уважать решение капитана Петрова. Надеюсь, он хорошо подумал и принял взвешенное решение. К тому же нам действительно нужен подготовленный оператор на Ми-28. Возражений о поездке в командировку капитана Петрова не имею.

Вылет был назначен через два дня. Вертолёты погрузили в Чкаловской и отправили раньше нас. Как и представителей завода-изготовителя и конструкторского бюро.

Полёт в самолёте был долгим, но этот маршрут уже становится привычным. В грузовой кабине Ил-76 мне было сложно уснуть. Очередные мысли, «думки» и предвкушение встречи с Антониной. Всё же быстрее я к ней прилетел, чем она вернулась из Сирии.