Ртуть

Как только с этим будет покончено, мы все продолжим жить дальше. Девушка сможет вернуться в свой город к тому, что осталось от ее народа, а Беликон проложит себе путь в другие королевства, мне все равно. Моя работа будет сделана.

— Не говори так. Пожалуйста.

— Ты забываешь, что мы уже ведем войну. — Рен оперся на спинку одного из деревянных стульев, и костяшки его пальцев побелели. — Настоящая война с Санасротом убивает членов нашего — твоего — двора каждый божий день.

— В последний раз, когда я сражался в этой войне, город сгорел дотла. Думаю, я пролил достаточно крови за Ивелию, брат.

Казалось, что в центре души Кингфишера была какая-то нить, и я видела, как она тянет его назад, все дальше от этих людей, которые так явно заботились о нем. Казалось, он был недосягаем. Ничто не могло заставить его вернуться к ним. Он моргнул, оставив мольбу Рена без ответа.

— У меня к тебе два вопроса, человек.

Я была единственным человеком в комнате. Очевидно, он обращался ко мне.

— Хорошо, — сказала я.

— Ты когда-нибудь раньше управляла энергией металла?

Я прищурилась, глядя на него, и внутри у меня все сжалось.

— Что ты имеешь в виду?

— Если бы ты делала это раньше, тебе не пришлось бы спрашивать. Ты бы и так знала, — ответил он категорично.

Я думала об этом. Все те разы, когда я заставляла инструменты Элроя гудеть. Вращающийся кинжал на обеденном столе моей покойной матери. Перчатка стража, когда я ударила ею о стену, и от ее вибрации взмыли в воздух кварцевые песчинки. Как я превратила кинжал Харрона в реку расплавленного серебра и стали.

— Ну ладно. — Я встретилась со стальным взглядом Кингфишера. И даже не моргнула. — Да.

— Хорошо. И мой второй вопрос. Есть ли у тебя опыт работы в кузнице?

Смех вырвался из меня.

— В кузнице? Да. Можно сказать, что у меня есть определенный опыт.

— Они не позволят тебе войти. Ни за что. Эти ублюдки охраняют эту дверь с незапамятных времен. — Ренфис спешил за Кингфишером, но его хромота мешала ему.

— У них нет выбора, — ответил Кингфишер. Он не замедлял шаг. Ни ради раненого друга. Ни ради дочери короля. И уж точно не ради меня, единственного человека в группе, чьи ноги были значительно короче, чем у всех остальных. Я была готова перейти на бег, лишь бы не потерять их из виду.

Моя тревога за Хейдена была всепоглощающей. Несмотря ни на что, я собиралась вернуться к брату, но я не могла торопиться. Спешка в таком опасном деле, в котором я ничего не смыслю, несомненно, означала бы смерть или, по меньшей мере, серьезные неприятности.

Так что, на данный момент, я решила остаться. Приняв решение, я наконец-то перешла на бег и догнала группу. Троица как раз проходила мимо одного из многочисленных альковов, заполненных статуями богов. Эверлейн поклонилась и коснулась лба, когда проходила мимо.