Ртуть

На другой стороне помоста высокий мужчина с развевающимися рыжими волосами опустил на пол тяжелый позолоченный посох, и раздавшийся звук — Бум! Бум! Бум! — заставил толпу замолчать. Двери в конце тронного зала громко заскрипели, и начался хаос, когда в зал ворвалась группа воинов, одетых в полные боевые доспехи. Их было шесть или семь, наверное. Они тащили к возвышению мужчину, вырывающегося с силой бешеного зверя.

Мужчина брыкался и неистовствовал. Стражи делали все возможное, чтобы удержать его, но, несмотря на все их усилия, он свалил двоих, заставив их рухнуть на пол. В конце концов стражам удалось дотащить сопротивляющуюся фигуру до возвышенности с тронами, где они заставили его опуститься на колени.

Темные волны волос упали на лицо мужчины.

Он был одет во все черное. Его грудь вздымалась и опускалась в такт дыханию. Татуировки извивались и перемещались, словно дым, на каждом видимом участке кожи, ползли по шее и вились на тыльной стороне рук.

В таком диком состоянии он мало чем напоминал мужчину, который подхватил меня с пола в Зеркальном зале. Только когда он откинул голову назад, оскалившись, я позволила себе поверить, что это он.

Находясь рядом со мной, Эверлейн резко вздохнула, подавшись к краю своего кресла.

Когда остальная толпа получила возможность разглядеть лицо мужчины, они тоже начали ругаться.

Имя Кингфишера эхом разносилось по залу, произносимое со смесью благоговения и страха.

Рядом со мной Эверлейн пристально смотрела на Кингфишера, который скрежетал зубами и рычал, вырываясь из рук охранников.

— Ему хуже, — прошептала она. — Намного хуже.

— Что с ним? — прошипела я.

Эверлейн ничего не ответила. Она смотрела на мужчину, стоящего на коленях перед Беликоном, и ее пальцы дрожали, когда она поднесла их к губам.

— Смотрите! — Беликон встал. Шагнув к Кингфишеру, он вместо того, чтобы вложить меч в ножны, потащил его за собой, и от острия во все стороны полетели искры. Ужасный, многоголосый вопль раздался в моей голове, когда металл заскрежетал по помосту. Звук был оглушительным. У меня скрутило желудок, желчь подступила к горлу. Я зажала уши руками, пытаясь заглушить звук, но тошнотворный гул усиливался по мере того, как Беликон приближался.

— Это… цена безрассудства! — прорычал Беликон. — Безумие. Безумие и смерть!

Кингфишер рванулся, пытаясь освободиться, отчаянно пытаясь добраться до короля, но стражи повалили его на пол. Один из них придавил его шею коленом, но Кингфишер продолжал вырываться. Король Беликон сжал зубы, презрительно покачав головой.

Театрально раскинув руки, он закричал:

— Бич Ивелии! Мужчина, который преследует в ночных кошмарах ваших детей. Мужчина, который сжег город по своей прихоти. Мужчина, который перережет вам горло, едва взглянув на вас.