Ртуть

Отвратительными чудовищами, не обладающими ни выдержкой, ни чувством морали, ни каким-либо понятием о милосердии. Старейшие бессмертные обрушили свой гнев на землю железным кулаком, оставив после себя хаос и разрушения. Семь городов ликовали, когда я изгнала их. И теперь они послали тебя, чтобы ты попыталась убить меня?

— Уверяю, никто не посылал меня делать ничего подобного.

Мадра отмахнулась от меня со скучающим видом.

— Им нужна эта земля, я полагаю. Скажи мне, что они сделают, если я не верну им эти засушливые, бесполезные, бесплодные песчаные дюны? — скептически спросила она.

Это был наводящий вопрос. Я знала, что лучше не отвечать. Но я должна была что-то сказать. Она была явно не в себе, и убеждать ее в том, что я не участвую в заговоре с феями, явно было бессмысленно.

— Убить тебя, — сказала я.

— Я… я не знаю. Я не уверена.

Даже эта ледяная злобная улыбка не портила ее красоты. Может быть, если бы женщины Третьего округа пользовались теми же предметами роскоши, что и Мадра, они выглядели бы так же красиво, но даже злобная и холодная, она все равно оставалась самым прекрасным созданием, на которое я когда-либо смотрела.

Она внезапно развернулась, развела руки в стороны и сухо рассмеялась, обводя жестом зал вокруг себя.

Она стала серьезной. Прелестное юное создание в шикарном платье, испорченная и чрезмерно избалованная, но за ее ярко-голубыми глазами таилось что-то древнее и злобное.

— Действительно сброду, Ваше Величество, — сухо ответил Харрон. — Однако долг королевы — защищать свой народ. Это правильно, что вы расследуете угрозы в адрес Зилварена.

Подлизывающийся, льстивый, подобострастный подхалим. Харрона, которого я встретила на улицах Третьего округа, нигде не было видно, как и того мужчины, который вытащил меня из подземелья, брыкающуюся и кричащую. Эта версия капитана была кроткой и смиренной. Он боялся ее по непонятным мне причинам.

На Мадру, похоже, его лесть тоже не произвела особого впечатления. Уголки ее губ дрогнули, чуть приподнявшись.

— Разберись с ней, Харрон. Когда закончишь, отправляйся туда, где ты ее нашел, и уничтожь остальных.

Она не имела в виду…

Меня захлестнула волна паники.

— Нет. Мой брат… Я же говорила вам. Он не имеет никакого отношения к перчатке. Я клянусь…

Лицо королевы было пустым, она протянула руку и провела указательным пальцем по моей щеке. Я была вся мокрая от пота. Воздух пропитался моим страхом, но женщина, стоявшая передо мной, была совершенно невосприимчива. На ее коже, безупречной и очень бледной, не было ни капли пота.

— Ты крыса, — просто сказала она. — Крысы — это вечное проклятие города, это правда. Ты можешь убить одну, но будет уже слишком поздно. Прежде чем попасть к тебе, она создаст еще десять.