Ртуть

Он был тяжелее, чем деревянные мечи, с которыми я тренировалась, но длина была такая же. Я точно знала, где заостренный кончик стали коснется его кожи — чуть ниже правого запястья. Я идеально рассчитала время. Одним движением меча я нанесла удар, и рука стража, все еще сжимавшая меч, с глухим стуком упала на песок.

— Моя рука! Она отрубила мне руку!

— В следующий раз я сделаю это с твоей чертовой башкой, — прорычала я.

Ярость залила мое зрение красным.

Из-за них погибли тысячи людей, а теперь они угрожают Хейдену. Вся сдерживаемая ярость, копившаяся в моей груди, вырвалась наружу неудержимым потоком. Я бросилась к стражу с кинжалом в одной руке и мечом в другой, готовая покончить с его жалким существованием… но вместо этого столкнулась лицом к лицу с третьим из них.

Воздух наполнился звуком бьющейся стали. Он двигался как вихрь, его движения были гибкими и грациозными. Каждый раз, когда его клинок приближался к моей голове, я ожидала, что мир погаснет. Но почему-то этого не происходило. Каким-то образом мне удавалось вовремя поднять меч. Каким-то образом я удерживалась на ногах.

И как раз в тот момент, когда он начал чувствовать себя комфортно, когда этот хищник решил, что наконец-то выяснил мои способности как бойца… я перестала сдерживаться.

Его глаза расширились, когда он увидел это. Когда я опустилась в стойку и подняла клинок, прикрывая лицо. А когда я оскалила зубы и бросилась на него, он наконец заговорил. Он произнес всего одно слово.

Он не отступил ни на дюйм. Он твердо стоял на ногах. Но он знал, что это будет не тот бой, на который он рассчитывал. Наши мечи встретились, острие к острию, и мы сошлись, каждый из нас знал, чего будет стоить проиграть этот бой.

Он был хорош. Действительно хорош. Мои ноги взбивали песок, когда я поворачивалась, контролируя то, чтобы он не прорвался сквозь мою защиту.

Он сделал выпад, пытаясь пронзить мою грудь, но я обрушила рукоять своего кинжала на его предплечье, сломав кость. Даже не вздрогнув, этот ублюдок перехватил рукоять своего меча в другую руку и нанес целую серию ударов, от которых я едва не упала на колени. Острая боль пронзила мою грудь, когда он полоснул меня по ключице.

Я упала и перекатилась, одновременно нанося удар. Лезвие нашло свою цель, и все было кончено.

Сначала он не заметил. Он снова повернулся ко мне лицом. Только когда он попытался сделать шаг вперед, а его ноги подкосились, он понял, что что-то не так.

Я подумала о том, чтобы оставить кинжал в его ноге. Это дало бы ему еще пару мгновений, чтобы осознать свою смерть. Но в конце концов глубокая рана, которую я нанесла ему на внутренней стороне бедра, была более щадящей. Темная, рубиново-красная кровь толчками хлынула из раны, стекая по его ноге. Он взглянул вниз, и увидев это, выдохнул от удивления.