Смотрительницы маяка. Рождественская вьюга

Через неделю имущество пошло с молотка, а еще через три дня мы поехали обратно на остров. За нами следовал обоз из двух телег с вещами, которые не имели особой ценности, а посему не были проданы. Среди них находилась кое-какая мебель, книги и игрушки Александра, перины, подушки, одеяла и постельное белье. Четыре ковра, посуда и еще какая-то мелочь. Так же мы забрали почти весь гардероб мачехи, не считая шуб и подбитых мехом дорогих плащей. Их тоже продали.

Приставы долго рылись в каждом ящике, ища драгоценности леди Дивеллы, но, естественно, все поиски были тщетны. Они даже несколько раз пытались надавить на нас, подозревая, что мы их спрятали. Но с этим тоже не задалось. Ведь на Варежкину где сядешь, там и слезешь. Она рассказала им подробно, куда идти со своими подозрениями и даже указала конкретный маршрут.

- В этом доме куча народа! Небось, кто-то и умыкнул драгоценности! – возмущалась она, тараща свои возмущенно-невинные глаза на приставов. – Нам не до этого было! Или вы не понимаете?!

В общем, они оставили нас в покое, от греха подальше.

- Куда ты их дела? - меня тоже стал интересовать сей вопрос. - Мне кажется, приставы обыскали каждый уголок в этом доме.

- Если хочешь что-то спрятать, положи на видное место! - Варежкина с умным видом подняла указательный палец. - Смотри.

- Куда? - не поняла я.

-Туда! - Лида подняла руку выше, а я проследила за ней.

- Матерь Божья… - все, что мне удалось выдавить из себя. Украшения леди Дивеллы висели на хрустальной люстре между искрящимися висюльками.

- Но как??? Ведь люстру должны были конфисковать! - воскликнула я.

Варежкина посмотрела на меня свысока и ухмыльнулась:

- Как только они разобрались, что это обычная, хоть и хорошая подделка, я сразу же притащила сюда лестницу. Люстра за несколько минут резко поднялась в цене!

Лидуня засмеялась зловещим смехом:

- Меня еще никому не удалось переиграть. И не получится.

С нами в маяк отправились еще двое слуг, которым совершенно некуда было идти. Они упросили взять их с собой, согласившись на самое маленькое жалованье, лишь бы не остаться на улице.

Салма и Дадли Одинс были семейной парой. Он служил в «Зеленом плюще» садовником, а она – прачкой. Пара не имела детей, собственного жилья тоже, поэтому с радостью ехала на остров «Седых бурь». Их немного пугало это непростое место. Но за неимением выбора со страхами пришлось побороться. А нам лишние руки в хозяйстве точно пригодятся."

"На улице немного потеплело, снег сошел, обнажая грязь и жухлую траву. Но это, скорее всего, было ненадолго, так как ветер поменялся. С моря тянуло ледяным дыханием зимы, которое понемногу поглощало отвоеванные оттепелью территории. Я задумчиво смотрела в окошко экипажа, размышляя над тем, как будем жить дальше.