В канун Рождества

На лестничной площадке она остановилась, раздвинула занавеси (роскошные, хоть и чуточку потертые, приобретенные на рынке в Бакли) и взглянула в окно: какой будет день? Вообще-то была еще ночь, потому что еще не рассвело, но снег прекратился. В свете уличного фонаря смутно виднелся сад, но словно это был не тот сад, изменились все очертания и формы. Кусты и деревья склонились под тяжестью снега, купы кустарников будто надели белые шапки — все выглядело странным, неузнаваемым. И было очень тихо и спокойно.

Она спустилась вниз, в кухню. Горацио, судя по всему, начал оживать. Он выбрался из корзины и, виляя хвостом, подошел поприветствовать ее. Элфрида открыла заднюю дверь, и пес вышел в сад. Когда он вернулся, морда его выражала возмущение. Он никак не ожидал, что придется намочить лапы, да еще ему, такому больному. И вернулся в свою корзину мрачный.

Элфрида занялась завтраком: накрыла на стол, сварила кофе, достала из холодильника бекон. Это был последний кусок, пора было пополнить запасы. Надо было подумать и о рождественском угощении: она долго откладывала это дело, но теперь осталось совсем мало времени. А вдруг магазины опустеют и невозможно будет купить даже сладкий пирог? Элфрида нашла старый конверт и ручку и, поджаривая бекон, начала составлять примерный список покупок. Она написала «бекон», потом «мандарины» и решила, пока не выпьет чашку кофе, ничего больше не записывать.

Она и пила ее, когда дверь отворилась и в кухню вошел Сэм. Элфрида была в клетчатых брюках и темно-синем свитере с белым узором в виде овцы, пасущейся на травке, а Сэм все в том же костюме, поскольку больше надеть ему было нечего. Это сразу бросилось Элфриде в глаза.

— Могу одолжить вам свитер, — сказала она.

— Да, я выгляжу ужасно глупо. Одет как на парад.

— Выглядите вы замечательно. Как спали?

— С большим комфортом. Помню, такие кровати были в спальне моей матушки.

— Я уже поджарила бекон.

— А я почуял его аромат еще наверху.

— Сейчас сделаю яичницу.

— Могу вам помочь — это я делаю довольно ловко.

— Но не в вашем пиджаке. Он будет пахнуть яичницей. Сейчас я поднимусь наверх и подыщу для вас что-нибудь менее официальное.

Она пошла наверх. Оскар брился в ванной, поэтому она сама исследовала его ящик в комоде и извлекла шотландский джемпер приятного голубого цвета. Вернувшись в кухню, она обнаружила Сэма у плиты, он был в одной рубашке.

— Для рубашки сегодня холодновато. — Она бросила ему джемпер, он поймал его и стал натягивать. Его голова словно вынырнула из голубых вод.

— Ну вот, так-то лучше, — сказала Элфрида. — Теперь вы будете чувствовать себя свободнее.

Сэм шлепнул яичницу на тарелку и добавил туда пару кусочков бекона. Элфрида вложила в новый тостер очередные ломтики хлеба, затем налила Сэму кружку кофе.