Рожденная жить

Алтарь поблескивал как новенький, разбитые колонны, опоясывающие ранее площадку по кругу, стояли целые и невредимые, поддерживая прочную на вид крышу. Святилище богини вновь было полно жизни.

Ринелия

Я помню, что до десяти лет росла в маленьком домике, стоявшем на окраине богатого села. Жили мы в нем вдвоем с бабушкой Виолеттой, хотя слуг у нас не было, и мы все делали сами, бабуля все же была настоящей леди. В молодости она была замужем за настоящим бароном, которого иначе как пропащий не называла. Шляясь по трактирным девкам и игорным домам, он проматывал остатки своего и бабушкиного, и так невеликого, состояния, пока наконец пьяным не попал под копыта лошади. Сын, мой отец, вырос неплохим крепким парнем, но, не имея средств, вынужден был податься на военную службу, где выслужил небольшое звание, денежное довольствие и преждевременную смерть. Спустя год после его смерти к убитой горем бабушке приехала молодка с младенцем на руках, утверждающая, что была женой ее сына и родила от него дочь. Намереваясь потребовать с бабушки денег, она брезгливо оглядела маленький домик, в котором та жила, и, поняв, что взять нечего, оставила ей меня и ушла. Больше мы с бабулей никогда о ней ничего не слышали. Спустя цикл после ее появления служащий из королевской управы принес нам документ, дающий разрешение получать небольшое денежное довольствие как родственникам погибшего на службе отечеству.

Все дела по дому мы делали сами, но воспитывала меня бабушка как леди. Заставляя правильно говорить, ходить, есть, сервировать стол, читать, писать и даже танцевать. Единственное, что я не умела, и этим сильно расстраивала бабулю, это ездить верхом, но моей вины в этом не было. Состояние нашего капитала не позволяло нам купить и содержать лошадь. Ах, как я сердилась на нее за то, что она не пускает меня на улицу, за эти бесконечные уроки и поучения. Я считала, что она слишком строга со мной, слишком много заставляет делать по дому и в саду. Какая же я была глупая."

"Когда мне исполнилось десять лет, мое детство кончилось. Заболела и умерла бабушка. Как высокородную сироту, меня взяло под свою опеку королевство. Вот тогда-то я и узнала, что бабушка Виолетта подавала прошение королю о присвоении мне, как последней наследнице древнего рода, титула — виконтесса Декарни с возможностью его передачи моим будущим детям. Буквально перед смертью ею было получено такое разрешение, но повлиять оно уже ни на что не могло. Денежное довольствие, получаемое нами ранее, стали переводить в приют, в котором были обязаны содержать меня до совершеннолетия. И если нам с бабулей на жизнь хватало, то приюту этого было катастрофически мало.