Рожденная под темной звездой

Но! - он качнул головой, и его губы превратились в тонкую изогнутую линию. - Я ждал тебя, Елизавета.

- Даже так? - она не верила ему ни на йоту. - Тогда, может быть, предложишь даме вина?

- С утра?

- А мне какая разница? Утро, день, ночь... Черт, да я уже и во времени суток не ориентируюсь!

Юлиан прошёл к бару и достал бутылку с виски. Он помнил предпочтения бывшей возлюбленной. Было время, когда она пила только тосканское вино и никакое другое на дух не переносила. А потом р-р-раз - и виски. Мужской напиток. Юлиану следовало бы обратить внимание на смену предпочтений, но куда там. Ослепленный желанием он не припомнил тот факт, что его лучший друг тоже любил баловаться виски.

- Ты и не привыкай. Не стоит. Долго ты тут не задержишься.

Юлиан налил полный стакан. Чего мелочиться?

Подошёл к Сатинской, встав в полушаге от неё. Хорошо, что теперь она не вампир и не может слышать, как лихорадочно бьется его сердце, заходясь от непривычной тоски и боли. Вот перед ним стоит Лиза. Её запах, её дыхание. Волосы, кожа, само тело. И всё. Остальное - отражение в кривом зеркале. Насмешливый прищур глаз, за которым скрывается страх. Кривая усмешка, призванная замаскировать растерянность. Хамоватые слова, рассчитанные на то, чтобы вывести его из себя, заставить допустить ошибку, которой тут же непременно воспользуются.

Призрачная тварь была напугана. Её не было три столетия на Земле. Изменились условия жизни, изменились те, с кем она когда-то общалась. А еще не стоило забывать, что есть тот, кто дергает её за веревочки. Иначе не вселилась бы она в человеческое тело, особенно такое - слишком хрупкое для нее. И ее хозяин, кем бы он ни был, вряд ли даст ей возможность разгуляться, развернуться в полную силу.

Её заставили принять это тело. И дело не в нем, Юлиане. Вернее, не в её желании вернуться к нему. Дело в другом... Если бы его Лиза не оказалась точной копией Сатинской, ту бы заставили поработить её тело.

Кто-то затеял против него игру.

Кто?

Юлиан протянул стакан Елизавете.

Та молча приняла его и, в подтверждение догадок Юлиана, залпом осушила до дна. С непривычки закашлялась, слезы брызнули из ее глаз.

- Мать вашу! - снова выругалась она. - Что за дрянь!

- Виски. Как ты и любишь.

- Я не про виски! Я про вкусовые рецепторы людей! - рыкнула она, сплюнув. - Отвратительно!

- Привыкать не советую. В этом теле ты не задержишься надолго.

- Уверен? - почти снисходительная улыбка появилась на лице Сатинской.

Почти.

Потому что червь сомнения заполз в голову призрака. Что-то не так... Вот не так, и всё тут. Где ярость и страх Юлиана? Где бесноватость и хватание за голову от отчаяния? И в глазах его затаился хищник. Расчетливый, очень опасный.

Первая реакция Джаджена позабавила, вторая - окунула в сомнения.

Этот ублюдок словно ожидал нечто подобное.

- Естественно.