Таифская роза Адама

Мы начали играть. Подчиняйся, если не хочешь быть наказанной…

— Вы… обещали… — сипло проговорила она.

— Я держу обещания, говорил же. Мы просто разговариваем. Но в рамках игры. По установленным мною правилам…

— Давайте говорить в одежде… — умоляюще посмотрела на него снова.

И тут же взвизгнула, когда почувствовала, как кожу бедра несильно, но довольно ощутимо обжег стек, который Адам держал все время, пока управлял лошадью.

— Я не разрешал поднимать на меня глаза, Ника… Повинуйся — и ничего плохого не произойдет. Повторяю. Мы просто разговариваем…

Девушка опустила глаза в пол и быстро, не церемонясь об изяществе, стащила с себя платье, оставшись в одних кружевных черных трусиках. Больше никакого нижнего белья ей не предоставили."

"Он обошел ее, как любил делать — и уже не раз делал. Внимательно рассмотрел. Остановился глазами на вздернутых сосках, предательски выдающих ее волнение и… возбуждение? Нет… Нет… Она не хотела об этом думать, не хотела это признавать…

— Я задаю вопросы — ты отвечаешь… — тихий рваный шепот у уха. Его тепло сзади. Он сзади. Нежно касается того места подушечками пальцев, которое только что загорелось от его удара.

— Что ты почувствовала, когда я связал тебя в одну из первых наших встреч, Ника? Когда ты лежала подо мной беспомощной и распятой, а я ласкал тебя розой?

Она закусила губу, думая. Не осмеливалась оторвать глаза от пола.

Свист. Вскрик. Новый удар. Пришедшийся теперь на другое бедро.

Не люблю повторять, Ника… Отвечай, — его голос стал нетерпеливее, жестче, авторитарнее.

— Не знаю.. — искренне ответила она, — фрустрацию… новые эмоции… Беспомощность…

— Эта беспомощность была тебе приятна? — он снова был сзади, сжал одну из ее грудей большой ладонью, а второй рукой медленно провел стеком по внутренней стороне бедра от коленки между ног, по увлажнившимся складкам. Чуть ощутимо, почти щекотно, погладил вперед и назад.

— Не знаю… Я же говорю, странные чувства… Сбивающие с толку…

— Хорошо, — удовлетворительно ответил он, опустившись теперь рукой по спине к ягодицам. Сжал.

— А когда я порол тебя? Что почувствовала тогда?

Рука Адама по-хозяйски прохаживалась по ее ягодицам. Он порывисто дышал, при каждом колыхании груди прижимая ее к себе.

— Тоже беспомощность и… Я почувствовала, что ничего не контролирую. Мне было стыдно, унизительно и… потом вдруг все эти чувства отпустили, а на их место пришло…

Она инстинктивно подняла на него глаза. Адам резко переместился к ней лицом. Теперь они смотрели друг на друга. В самое нутро. В самое сердце.

— Я почувствовала облегчение и… — она нервно сглотнула, только сейчас осознавая в полной мере свои ощущения в тот момент.