Роза песков

Обговорили еще несколько деталей, АЙ-Жама подсказала, что лучше сделать подарки всем троим. И отцу, и Сарджану – расшитые пояса. Самое то, что нужно.

-- И не забудь в конце поклониться семье и сказать: «Вы все желанные гости в доме моего мужа». Иначе отец может обидеться, разгневаться и не отпустить Гуруза.

Наталья покорно кивала головой, выслушивая советы старшей жены. Пояса? Разошьем! Лучшими шелками разошьем! Поклониться семье? Поклонимся! Чай спина не сломается!

Разумеется, ничего подобного делать она не собиралась. Ее просто грела надежда, что или по дороге, или там, в городе, она найдет свой шанс и улучит момент… И сбежит к чертовой матери от этих тупых пастухов! От вонючей баранины и вонючей грязи, от безмозглых ревнивых теток и их чумазых детей.

Весь этот концерт она затеяла исключительно для того, чтобы Барджан действительно осталась дома. Нафига ей, Наталье, там лишний соглядатай? А уж со степенной Ай-Жамой она как-нибудь да справится. Всяко легче оглушить одну тетку, чем двух. То, что Барджан айнур строго спросит со своей жены, ей было безразлично.

Время неумолимо приближалось к осени.

Наталья все больше старалась наладить контакт с рабами, хотя, конечно, возможности было немного. Но за последние пару месяцев оба неплохо поправились. Тащить с собой двоих она не собиралась. Но один раб для сопровождения ей был нужен – слишком страшно в чужом мире пускаться в путь бесправной женщине. Тут вам не просвещенная Европа, а вполне натуральное рабство и прочие прелести.

Однако, сильно мучали ее мысли о том, почему эти здоровые в общем-то мужики просто не сбежали? Что их останавливало? Неужели нравится делать тяжелую, грязную работу, плохо есть и мало спать?! Или они совсем тупые, ну, типа даунов? На шеях у них, конечно, были железные ошейники, такие же как у Хуш но, в конце-то концов, железо можно просто снять.

Нет, почему не сбежала Хуш, Наталья вполне понимала – эта старая курица, обожающая свою сунехи, настолько не имеет мозгов, что способна выжить только в стаде и под присмотром. Конечно, куда ей бежать от места, где кормят?

Наталья презирала таких женщин. Когда-то много-много лет назад, когда она только приехала в Москву – сама была такая же. Это потом ее жизнь пообломала и многому научила.

Вспоминая, покойную Ленку-сибирячку, Наталья не один раз сожалеюще качала головой. Что ж ей самой, дуре малолетней, мешало тогда воспользоваться советом Ленки? Выбрала бы мужика поприличнее, уговорила бы уехать из России, и не было бы бесконечной работы, череды недомужчин, на которых она наталкивалась всю жизнь. Слизняков без мозгов и стыда, мечтающих только пожить за ее счет. Не было бы к концу жизни этой холодной усталости, когда не радует уже ничто.

Сейчас судьба дала ей второй шанс.