Чужая роза (СИ)

Когда-то давно, еще в студенческие годы, у меня был шанс побывать в Италии, прикоснуться к шедеврам мировой культуры, прочувствовать магию прошлого. Смешно. Магия прошлого… Сказал бы кто, что я окажусь в самом сердце этого прошлого, пусть и в параллельном мире!

Я еле слышно хмыкнула. В нашем университете действовали программы обмена студентами, и я всерьез надеялась попасть в число счастливчиков, как одна из лучших на курсе. «Аксакова, ты моя гордость, — не уставал повторять Николай Григорьевич, любимый преподаватель экономики. — Кому и ехать, как не тебе?»

Вот только, когда огласили фамилии везунчиков, выяснилось, что в Италию поедут вовсе не самые прилежные и умные. «Аривидерчи, деревня», — насмешливо пропела нам дочь декана, выходя из аудитории. До сих пор помню, как обидно мне было в ту минуту. Я ведь так старалась! Так искренне верила, что все получится… Странная штука жизнь. Пять лет я училась на экономическом, рассчитывая потом получить хорошо оплачиваемую работу и сделать карьеру. А в итоге, помыкалась по второсортным компаниям, поняла, что никакой карьеры не светит, засунула свой красный диплом на дальнюю полку и устроилась в фотостудию, к сыну папиного сослуживца и друга. После смерти бабы Кати Валерий Григорьевич считал своим долгом, как он говорил, присматривать за мной. Вот и помог, когда я ушла из последнего офиса. Вернее, «меня ушли». Что ж, все оказалось к лучшему. Может, я и не сделала сногсшибательную карьеру, зато смогла нормально зарабатывать. И деньги на будущее отложила. И даже машину купила. Интересно, она так и стоит в гараже? А квартира? Что, если ее давно прибрали к рукам какие-нибудь неизвестные родственники?

— О чем задумалась, Алессия?

Голос герцога заставил меня вынырнуть из прошлого.

— Здесь очень красиво, — ответила я, кивнув на окно кареты, за которым проплывали украшенные колоннами и статуями дома, яркие магические фонари, огромные площади и каскадные фонтаны. Мы ехали по широким ровным улицам, отличающимся от узких и извилистых улочек Навере, как пенне отличаются от спагетти, проезжали мимо расцвеченных огнями парков и кипящих жизнью тратторий, и мне казалось, что столица ничуть не уступает размерами любому современному мегаполису.

— Рида — один из богатейших городов мира, — подтвердил мои наблюдения герцог, но сказал это так, словно думал о чем-то другом. И взгляд у него стал мрачным, и маска на лице потемнела. Или это из-за полутьмы кареты?

— Как говорят ридийцы, те, кто побывал в Риде, знают, что такое рай, — добавил Абьери, а Гумер поднял голову и навострил уши.

— Звучит почти кощунством."

"Меня до сих пор потряхивало от недавнего допроса, но я изо всех сил старалась вести себя естественно.