Чужая роза (СИ)

— Ничего не бойся, — тихо сказал Алессандро Алессии, закрывая дверь спальни, и обернулся к Джунио. — Да не дрожи ты так, — поморщившись, велел слуге и пошел к лестнице.

***

Внизу было шумно. Гости жались по стенам, переговаривались, со страхом глядя на старинный трон, помнивший еще его прапрадеда, и выглядели бледными и растерянными. Что ж, их испуг был понятен. Трон горел. Гудящее пламя столбом било в алый балдахин, рассыпалось злыми искрами по бархату подлокотников, растекалось по каменному возвышению и снова поднималось вверх, как диковинный огненный фонтан. Марко и пара магов пытались унять огонь с помощью заклинаний, но тот и не думал подчиняться — горел ярко и победно, на страх и удивление всем вокруг.

Алессандро замер. Что за дьявольщина?

Он подошел ближе. Пламя метнулось в его сторону, закрутилось вокруг рук, скользнуло к лицу, но он не почувствовал ни боли, ни жара.

— Сандро, не двигайся! — донесся до него взволнованный голос Марко, и Абьери повернулся в сторону друга. — Да не шевелись ты, кому говорю?! — кричал тот и делал отчаянные пассы, пытаясь унять непокорный огонь.

Вот только Алессандро не чувствовал от этого пламени угрозы. Смотрел на яркие желтые языки, лижущие его ладони, и ощущал внутри странный отклик. И тьма забилась в самый дальний угол души, ушла, съежилась, даже призрачная маска почти растаяла. И он, не понимая до конца, что происходит, уже торопился шагнуть вперед, к несгорающему герцогскому трону. Ближе, еще ближе, руки ложатся на подлокотники, он откидывается на обитую бархатом спинку, жар огня охватывает тело, повторяя тот, в котором совсем недавно пылали они с Алессией, проникает внутрь, подбирается к сердцу… Тьма пытается сопротивляться, но огонь сильнее. Он теснит черноту, сгоняет ее с насиженного места, вынуждает сдаться, и та неохотно отползает, растворяется, теряет силы…

— Араэсто магриби эон! — прогремело за пределами огненного круга, и в тот же миг пламя погасло, не оставив и следа. А он смотрел на довольно улыбающегося друга и едва сдерживал рвущиеся с языка ругательства. Еще бы немного — всего несколько минут, и он, возможно, сумел бы освободиться от темного наследия, испепелил бы его в этом странном огне, избавился бы от последствий нарушенной клятвы. Мадонна…

— Сандро, ты как? Сильно пострадал? Зачем ты вообще сунулся в самое пекло? — частил Марко, а он глядел на друга и с трудом держал себя в руках.

— Что это было? — подал голос Паоло Морелли, старый и опытный маг столичной гильдии.

В зале стало шумно, гости приходили в себя, шептались, тянулись к выходу, торопясь покинуть дворец, а Абьери пытался понять, откуда взялся странный огонь и чья магия его вызвала.

— В зале есть огненные маги? — спросил он Марко.