Ванька-ротный

Когда третья взлетит и погаснет, ребята встанут и пойдут на окоп. Вот она вскинулась из темноты, и до нас долетел хлопок. Яркий след прочертил в темном небе кривую. Снежные бугры и их тени побежали быстро (полетели неестественно) назад. (Потом) Светлое пятно на снегу (понеслось вперед) замелькало и закачалось. (И вот) Ракета наизлете. (Меркнет её след, она ударяется в снежный настил и исчезает в снегу). Из немецкого окопа в нашу сторону летит короткая очередь из пулемета, пуль десять трассирующих (не больше). Что это? Случайный выстрел, (дал очередь) на всякий случай? (просто так?). Или немец обнаружил наших ребят? Стрельбы больше нет. Трескотня не последовала (пули провизжали, и всё стихло кругом). Если бы он обнаружил ребят, то тут бы взревела немецкая артиллерия и вся передовая. Тут бы такой гром и грохот поднялся, что живого места не осталось бы на снегу. А тут короткая очередь в десять пуль и опять тишина.и полная темнота. Успели они (двое) подняться в рост до стрельбы? Слышу как у Сергея стучат в кармане (со звоном) карманные часы на цепочке. Впереди все по-прежнему тихо (непроницаемо и недвижимо). Сколько времени прошло (пролетело) с момента, когда погасла ракета? – спрашиваю я себя и мысленно хочу представить что там происходит. И вот (вдруг) из снежной ночной пелены вырвалось едва заметное очертание идущей фигуры. Она медленно двигалась на нас. Если бы она застыла на месте, я бы ее сразу потерял из вида. А она шла (покачивалась) прямо на нас. Теперь я ясно вижу одного из наших ребят. На снежном фоне белым пятном мелькает его маскхалат. (Покачиваясь и тяжело дыша он подходит всё ближе).

– Идет кто-то один! – говорю я Сергею.

– Второй наверно сзади тащит немца! – отвечает мне Сергей."

"Я привстаю на колени. Перед нами во весь рост поднимается фигура Валеева. Он бесшумно спускается на дно воронки (укрытия) и подобрав ноги ложится на бок.

– Касимова убило – говорит он, несколько откидываясь назад и тяжело дыша.

– Как убило?

– Так! Восемь пуль в грудь! Мы встали вместе. Я стоял рядом. Не успели шагнуть. Немец дал очередь. В меня ни одной, а ему подушка! Одна короткая очередь прямо в упор! Смотрю Касимов присел, а я стоял рядом. Пули прошли, маня не задели. (Тогда я тоже упал). Ну думаю, сейчас начнется! Весь снег кругом изроет! А немец, пустил одну очередь и замолк. Я к Касимову вплотную приткнулся, по вернул его на спину, смотрю на груди в маскхалате восемь рваных дыр. Нагнулся над лицом, а он уже не дышит. На мне хоть бы телогрейку задело. А ему вся очередь в грудь пришлась. Вот, товарищ гвардии капитан (все) как вышло!

– Иди отдыхай! Передай старшине, что бы водки тебе налил (тройную порцию выделил). Потом я зайду, поговорим еще.