Ванька-ротный

Они сейчас сидят и таращат глаза, боятся что мы сунемся где-либо в новом месте. А наше начальство об этом ничего не хочет знать.

Командир полка взбеленился, (уперся) требует своего. Но с ним дело покончено. Я ему сказал, что не пошлю ребят на неподготовленный объект (нахрапом). Нужно будет. Будем готовить месяц. Или сам готовь его. Я случайно узнал, что в разведотделении штаба дивизии появился знакомый человек, бывший комбат нашего полка Чернов. Сейчас он исполнял обязанности начальника отделения. С приходом Чернова в разведотдел дивизии и закрутилась вся эта кутерьма. Командир полка во что бы то ни стало захотел ковырнуть немцев около Бондарей. Кто-кто, а Чернов не задумываясь отправил бы нас удовольствием в преисподнюю. Он не только хотел угодить нашему командиру полка, но не мог простить мне, что однажды я водил его с батальоном в тыл к немцам. У Чернова чесались руки. Он, как я слышал, заверил начальника штаба дивизии, что наведет порядок в полковых разведках и заставит их каждую неделю брать (таскать) с переднего края немцев языков. «Одного, двух офицеров под суд и все заработают.» Не успели мы с проволоки снять двух убитых, как из штаба дивизии пришел новый приказ. С 30-го на 31 января взять языка и об исполнении приказа доложить (в штаб дивизии). (Донести письменно в штаб дивизии, что разведчики отказываются выполнять приказ, это взять удар на себя.)

– Знаешь чего, Федор Федорыч! Не будем лезть на рожон! Плетью обуха не перешибешь! И этому проходимцу ничего не докажешь! Делай Федя своё дело, не торопясь! Самое главное сейчас выиграть время. Разговаривай с этими прохвостами учтиво.

– Хотя знаю, что это противно тебе. Я скажу Сенченко, чтобы положил чучело около немецкой проволоки. Пусть несколько раз дернут телефонным проводом, так чтобы слышан был звон немецких банок пустых. Проделаем это на самом правом фланге. Немец такой откроет огонь, что дня три будет грохот стоять, может от нас и отстанут.

– А ты готовь спокойно свой объект. Мы ходили каждую ночь под немецкую проволоку (и лежали там вынюхивая там контрольного пленного), а полковое начальство парилось в баньке, хлестало себя по бокам (и заду пахучими вениками). Эти венички угодливые тыловики настрогали еще с осени. Теперь они были в засушенном виде. Веники возили все это время в обозе. Боевого состава во взводе разведки осталось восемь человек. Ребята были измотаны, ползали у немцев под проволокой целыми ночами. (Без этого нельзя, не подготовить объект). Как-то утром после очередного выхода ко мне подошел Касимов. Тот самый из штрафной роты, которого подобрал Сергей.

– Товарищ гвардии капитан! Двое нас. Мы пойдем на тот окоп."

"– Не возражаю, – ответил я – подбирай себе напарника. Подберешь, приступай к изучению объекта.