Ванька-ротный

– В какой плен? Чего ты мелешь?

– Говорю тебе дело! Я сам слышал. Начальник штаба спросил Ипатова, как роту списывать? Пропавшими без вести или погибшими?

– Думаю, что ты напрасно ждешь своих. Да и из полка за вами сюда никто не придет.

– Как не придет? Здесь был замккомполка по тылу. И саперы на наших глазах взрывали паром.

– А ты куда с разведчиками идёшь? На ту сторону будешь переправляться?

– Нет, на той стороне [теперь] нам делать нечего. Мне приказано двигаться вверх по течению реки по этому берегу. Мы должны пройти километров десять и к утру вернуться в штаб. Нам нужно осмотреть правый берег, не перешёл ли немец выше по течению и не обошёл ли он штаб полка.

– Послушай, Жень. Ты наверное знаешь общую обстановку. Расскажи, где немец, а где наши держат оборону.

– Повозочный, которого на пароме переправили последним, в штабе рассказал, что пока немцы окружали роту, он сумел за кустами незаметно выбраться на паром.

– Вы немцев отсюда видели?

– Нет! Я ходил по берегу в открытую с того самого момента, когда саперы взорвали паром. Ни немцев, ни выстрелов, никакого движения на том стороне!

– Послушай, Женя! Объясни мне на всякий случай, где находится та деревня, в которой стоит штаб полка.

– Пойдёшь по дороге, на развилке дорог в лесу свернёшь влево, пройдешь километра три лесом, при выходе на опушку опять свернёшь в лес. Вот там при выходе из леса левее дороги увидишь деревню. %%%%%

– 11 – В этой деревне и находиться штаб. В деревне живут местные жители. Офицеры штаба живут по домам. Сам понимаешь, кому хозяйки, перины и подушки, а кому, вроде нас, в холодном сарае приходиться спать.

– Я вот с разведчиками в сарае на сене. А ты, друг Сашечка, я вижу, со своими солдатиками на мерзлой земле!

– Ты, Михайлов, теперь работник штаба. Ты мне, вместо рассказов о пуховых подушках, посоветуй что делать.

– Вот пойду завтра утром назад, зайду к тебе, возьму у тебя связного, доложу начальству, что вы лежите на берегу, пусть дадут указание. Что они решат, сказать не могу, но думаю, что тебя определят в батальон. А вообще, теперь ты можешь сам послать с запиской посыльного прямо в штаб полка.

– А теперь [Сашечка, друг мой], мне пора!

– Из училища ребят никого не встречал? Пуговкина Сашку не видел?

– Нет, он, говорят, попал в другую дивизию.

– Пошли! – сказал Михайлов своим разведчикам. Я посмотрел на него, он чему-то улыбался. Возможно, он был доволен своим положением. Ясно, что ходить в разведку было приятней, чем вот так с солдатами лежать на мерзлой земле. Михайлов ушёл со своими солдатами. Он шел легко и беззаботно [впереди], и изредка поддавал ногой ледышки. Я посмотрел ему вслед и подумал: идет в разведку открыто, как на прогулку.