Ванька-ротный

Наши солдаты вылезли из канавы и расползлись по буграм. С бугорка вода скатывается быстрей.

Сейчас они расползлись и их не видать. А ночью пойди, ни одного их не найдешь. Кричать на переднем крае не станешь. Здесь говорят меж собой тихо. Чтобы слышно было, из-за шума дождя, притыкаются касками. Смотришь на них, вроде бодают друг друга.

– Ну что лейтенант, пошли под кусты! Там вроде повыше!"

"Мы вышли из канавы и подались вперед. Плащ-палатка набухла. Дождь стучит по ней, как по фанере. Подходим к кусту, ложусь на бок, стягиваю бечевкой капюшон на голове, ниже подбородка оставляю дырку. Через неё видать землю, через неё я дышу. Бока и колени укрыты палаткой, сапоги торчат с наружи.

Бока укрыты, колени тоже под плащ-палаткой, сапоги торчат под дождем. Где-то опять ударили взрывы.

Телефонной связи у нас с полком нет. Да и попробуй в этой пелене дождя нас найти. Определи, где ты находишься. Глазом не за что зацепиться. Довольно легко с направления в сторону уйти. Уйдешь, куда ни будь и будешь крутиться. В такую погоду мозги не работают.

На следующий день погода вроде наладилась. Утром серый рассвет ползет за спиной, солнце стало пробиваться на востоке. За мной из полка прислали связного.

– Далеко до штаба? – спросил я солдата.

– Не так далеча! – ответил он,

– Часа три хода пеший будет!

Я попрощался с лейтенантом, пожелал ему успехов в ратных делах и мы пошли назад по открытому полю дорогу искать.

В штабе полка по распоряжению начальника штаба мне подвели оседланную лошадь. Оттянув ей губу, я посмотрел ей на зубы. Лошаденка была не старая. На зеленых кормах за лето отъелась. Костлявых боков не видать. На первый взгляд не заезженная кобылка. Попробовал ее на ходу. Пустишь рысью, на шаг ногу не тянет, идет под седлом спокойно и ровно.

Два дня я не вылезал из седла. По ночам меня посылали в роты. Я ездил искать дорогу в объезд. Я день и ночь мотался по дорогам, выполняя одно поручение за другим.

Немцы с промежуточного рубежа отошли. Наши передовые роты были на марше, преследуя немцев. Иногда головные заставы соседних полков сходились, где ни будь на дороге, принимали друг друга за противника и открывали стрельбу. Потом, после непродолжительной перестрелки солдаты узнавали, что бьют по своим и стрельбу прекращали. Но все дело пока кончалось только пальбой. Пострадавших среди солдат не было. Наш маршрут лежал по Смоленским дорогам.

Теперь на нашем пути стали попадаться обжитые деревни. В одной из деревень на нас глазели бабы, ребятишки и молчаливые старики. Бабы молча не могут стоять. У баб внутри всегда подмывает.