Ванька-ротный

Я не слышал, о чем дальше шел разговор Максимова с нашим комбатом. Через некоторое время комбат, не оборачиваясь, сказал связному, чтобы тот шел на улицу, разыскал и вызвал меня в избу.

– Да шевелись, давай его сюда побыстрее! Связной вышел на улицу, обежал вокруг двух домов и сарая, и вернулся ни с чем.

– Ищите вдвоем! – повысил голос комбат.

– Где его рота?

– Рота здесь, товарищ комбат, Солдаты говорят, командира роты на улице нету.

– А где ж ему быть? Ищите как следует! Побегав вдвоем, связные вернулись опять.

– Товарищ старший лейтенант! Вот личный ординарец командира роты.

– Где ваш командир роты?

– Лейтенант зашел к вам в избу, я сам видел. Обратно от вас он не выходил. Прошло еще полчаса. Я сидел на лавке в заднем углу и отсыпался за всё. Правда, спать мне долго не пришлось. Кто-то меня тряс за плечо. Я открыл глаза и посмотрел на будившего тяжелым взглядом. Это был комбат.

– Мы его обыскались, а он здесь на лавке прохлаждается.

– Доставай свою карту и иди сюда к столу! Мне показали по карте маршрут и поставили задачу."

"– На рассвете следующего дня ты должен взять деревню Алексеевское. Застегнув планшет, я вышел на крыльцо, посмотрел на свое засыпанное белым снегом войско, глубоко вздохнул, достал из-за пазухи меховые рукавицы, привычным движением руки поправил поясной ремень и сошел по ступенькам крыльца. Ну вот, все теперь на месте. Теперь можно подать команду на выход. Помалу, не торопясь, мы спустились в низину, к опушке леса, дошли до развилки дорог, свернули на ухабистую, очищенную от снега дорогу и поплелись неизвестно куда. (вперед). В ночь на 10-е декабря пятая стрелковая рота подошла к деревне (Гусьино). На дороге, не выходя из леса, я остановил роту и велел солдатам ждать нашего возвращения. С командирами взводов и небольшой группой солдат мы вышли на опушку леса, чтобы осмотреть впереди лежащую местность. От опушки леса до деревни оставалось метров пятьсот. Деревня лежала в низине на фоне снежной высоты, которая уходила круто вверх, закрывая собой полнеба. Из-за стволов деревьев видны были деревенские избы, сараи и огороды, глубоко торчащие в снегу. В деревне не было видно огней, дыма из печных труб, ни заметного на глаз движения. Мы долго смотрели туда, и потом я сказал: «Ну вот что, Черняев! На опушке леса, вот здесь и здесь поставишь часовых. Будете смотреть за деревней. Ты лично останешься здесь и будешь проверять дежурных. Мы с Сениным вчера были в деле, брали деревню, нам нужно отдохнуть. Теперь твоя очередь! Выводи сюда свой взвод и готовь к утру своих солдат, пойдете на деревню! Мы Сениным вернемся в лес. Стариков на ночь в наряд не ставь! Они и так на пределе. На дежурство подбери молодых. Считай, что я ушел! С деревни глаз не спускать!». Черняев остался, а мы с Сениным вернулись в роту.