Ванька-ротный

– Пройдём этот лист? Или ляжем под первой деревней?

– Почему не пройдём? – отвечаю спокойно я.

– Ты в этом уверен?

– А что в этом особенного? Чего собственно бояться? – спрашиваю я. Я вспомнил, как мы ротой ходили на деревню через Тьму.

– 14 – Сначала боялись, а потом обошлось без единого выстрел а, без единой потери.

– Как ты думаешь, доползем до шоссе? – не унимается Татаринов. Я повернулся, посмотрел ему в глаза и ответил:

– Не волнуйся, дойдём до Берлина. Назначаю тебе место встречи на Фридрих-штрассе нумер цвай.

– Почему Фридрих и почему цвай?

– Потому, что улица Фридриха в Берлине наверно есть.

– А цвай, легко запомнить!

– Ты чего-то боишься, Татаринов, и не хочешь говорить.

– В обороне на Тьме мы с тобой стояли рядом. Меня тогда послали брать деревню, ты занял мою траншею. Я знаю, чего ты боишься! Первый раз в наступление идти. А я на Тьме ходил. Вроде ничего! Идти можно.

– Ты не знаешь куда девался наш бывший комбат, старший лейтенант, который был на Волге? – спросил Татаринов.

– Я многих спрашивал, – продолжал он, – все отнекиваются и говорят, что не знают. Судили всех вместе, а он пропал после суда.

– Не знаю, – ответил я.

– Меня вчера предупредили, – кивнув годовой в сторону полковых теплушек Татаринов.

– Струсишь в наступлении! Пойдешь под расстрел!

– А тебя в полк не вызывали [насчёт предупреждения]?

– Нет! Ты же знаешь, что я уже [брал деревню] ходил на деревню. Теперь мне понятно, чего ты боишься! А вообще – то ты зря!

– Комбат тебя за руку на деревню не поведёт! Ты здесь в тылу у него под надзором ходишь! А пойдёшь в наступление, все они разбегутся. Будут на тебя только по телефону орать.

– Так-то оно так! – со вздохом [сказал] говорит Татаринов.

– Ничего, преодолеешь, это только сначала страшно!"

"– Ну мне пора! – сказал я. На этом разговор наш закончился. Мы разошлись по ротам. В ночь на 5-ое декабря роту Татаринова послали тихо переправиться через Волгу. Он должен был подойти под крутой обрыв и, постреливая, не давать немцам спать до утра. Рота Татаринова вошла в мертвое пространство, куда не могли залететь ни пули, ни снаряды. Ночью можно было без выстрела перейти по льду через Волгу и под обрывом [сосредоточиться для наступления] спокойно сидеть и в небо стрелять, и ждать сигнала для наступления. Я просил комбата [и командира полка], чтобы мою роту тоже послали %%% под берег. Мне было сказано, что я вместе со всеми на рассвете перейду в наступление, буду брать Горохово и дивизия не разрешила без времени соваться туда. Как потом стало известно, командир дивизии генерал Березин А. Д.

– 15 – доложил в штаб 31 армии, что в ночь с 4-го на 5-ое декабря дивизия захватила плацдарм на том берегу для наступления. Я был поражён.