Законник Российской Империи

— Не ожидал, что в столь юном возрасте ты обладаешь такой силой, даже жаль, что ты пропустил удар. Яд в еде лишает людей возможности двигаться, но яд на клинке — убьет тебя."

"Я почувствовал, как уголки моих губ невольно поднимаются в усмешке. Ситуация была абсурдной до невозможности. Первая ночь в родовом поместье, и вот уже кто-то пытается меня убить. Добро пожаловать в столицу, Максим.

— Буду иметь в виду, — ответил я беззаботно.

Убийца, казалось, был озадачен моей реакцией.

— Ты смеешься?

Я медленно поднялся на ноги, игнорируя пульсирующую боль в боку. Яд, действительно, начинал действовать, но не так, как ожидал мой противник.

— Разве ты не слышал, что злодеи, которые много болтают, быстро умирают? — произнес я, внимательно наблюдая за реакцией убийцы.

И тут произошло то, чего я ожидал. Убийца внезапно согнулся пополам и резко выплюнул кровь. Его ноги подкосились, и он рухнул на колени, тяжело дыша.

— Твой… Твой кинжал тоже был отравлен? Это же всего лишь царапина! — прохрипел он, с трудом ощупывая порез на плече. Конечности уже стали неметь, все как и должно. — Но почему яд на тебя не действует?

Я позволил себе легкую улыбку, вспоминая бесконечные уроки Соколова и его маниакальное стремление сделать меня устойчивым ко всем известным ему ядам. А знал наставник их, действительно, великое множество, так что страдал я от этого много.

— Меня с детства ядами пичкали. Таким простым не возьмешь, — ответил я, наблюдая, как расширяются глаза убийцы от осознания своей ошибки.

Бой проходил тихо, так что никто в огромном особняке его не слышал. Но я не мог рисковать тем, что кто-то может случайно заглянуть и увидеть эту сцену. Сосредоточившись, я визуализировал в своем сознании истинное слово «Звук». Это был один из моих собственных экспериментов, основанный на знаниях из книги, оставленной мне матерью.

— Тишина, — произнес я, направляя поток маны вокруг комнаты.

Я почувствовал, как невидимый барьер окутывает пространство, создавая зону абсолютной звукоизоляции. Теперь никакой звук не мог вырваться за пределы этих стен.

Убийца, все еще стоявший на коленях, с удивлением наблюдал за моими действиями. Его лицо исказилось от боли, когда очередная волна действия яда прокатилась по его телу. Наступила следующая стадия его действия, теперь уже сомнительно, что он сможет напасть на меня.

— Что ты делаешь? — прохрипел он.

Я медленно подошел к нему, держа свой кинжал наготове. Пусть я был уверен в действии яда, но лучше пусть оружие будет при мне.

— Ты расскажешь мне все, — произнес я спокойно. — Кто тебя послал и зачем.

— С чего ты взял, что я буду говорить? — глаза убийцы сузились.

Я улыбнулся, но эта улыбка не коснулась моего холодного взгляда.

— Потому что я отравил тебя.