Граф Аверин. Колдун Российской империи (СИ)

Он повернулся и посмотрел на паренька:

— Ведь так?

— Не совсем, — сказал Кузьма, устремив темные стекла очков прямо Виктору в глаза, — я видел птицу. Очень большую, серую.

— Ты можешь ее описать? Стоп, нет. Давай ты мне подробно расскажешь, что именно ты видел.

Кузьма на минуту задумался.

— Я проснулся, когда Гермес Аркадьевич собирался на пробежку. Дверь хлопнула, я встал и вышел на улицу, на угол, где елки, подышать свежим воздухом.

— …покурить… — уточнил Гермес.

Кузьма, до это неотрывно смотревший в лицо Виктору, резко повернулся:

— Я не курю! — возмущенно воскликнул он.

— Ладно, верю, — Гермес усмехнулся.

Воспитание племянника шло полным ходом. Вообще, в возрасте Гермеса пора было воспитывать собственных детей. Но товарищу не везло с женщинами. Виктор понимал, что мириться с таким образом жизни, как у следователей и сыщиков, женщинам не просто. Это его Алена святая.

— Продолжай, — попросил он Кузьму.

Тот снова повернулся к полицейскому и вперил в него круглые стекла очков.

— Так вот. Потом Гермес Аркадьевич вышел за калитку. И див в форме кота больших размеров сбил его с ног, накрывая своим телом. Гермес Аркадьевич выставил щит и призвал Плеть.

— Так, подожди, как ты понял, что он выставил щит?

Юноша поднял руку и изобразил позу, которую, по всей видимости, принял Гермес.

— Вот. Вот так делают, когда держат щит.

— Учите его, что ли? — удивился Виктор.

— Немного, — подтвердил Гермес, — небольшие способности у него есть. Колдун уже не выйдет, а вот помощник в самый раз."

"Виктор даже немного посочувствовал Кузе. От Гермеса он знал, что не все мальчики с силой колдуна поступали в Академию. Многие были слишком слабы, чтобы сдать вступительные экзамены. А многих, даже поступивших, немилосердно отчисляли на младших курсах. Хотя, по слухам, в старые времена неуспевающие юные колдуны десятками гибли во время экзаменов. Так что в чем-то этому Кузьме повезло. Колдуном он не станет, зато будет жив, и, если не заленится, Гермес устроит племяннику неплохое будущее.

И всё-таки было в парне что-то странное. Вот этот прямой взгляд, например. Подростки не любят смотреть в лицо, особенно представителям закона. Может быть, дело в очках? Глаз самого парня не видно.

— Рассказывай дальше, — сказал он.

— Так вот. Див Гермеса Аркадьевича повернулся и рыкнул на кусты. Потом зашатался, из-за ранения. Я на кусты посмотрел и увидел огромную серую птицу.

Виктор нахмурился:

— Погоди, — с сомнением проговорил он, — если тот див стрелял в человеческой форме, а в другой он не мог, а потом обратился птицей и улетел, то как ты смог его разглядеть? Гермес говорил, что див не ниже седьмого уровня. Разве человеческий глаз такое видит?

Кузьма на секунду задумался, не сводя с полицейского взгляда, а потом уверенно сказал:

— Я видел птицу.