Лорнет герцогини де Рошфор

Ну да, подружку Лешкиного приятеля Толика звали Даша, сейчас я точно вспомнила…

И год рождения подходящий…

И самое главное – живет в Ручейках…

Перед моими глазами всплыл цветущий, усеянный маками луг из моего сна и лежащая на траве мертвая женщина с широко открытыми глазами…

Конечно, пустая была девка, и дрянь порядочная, мало того что с Лешкой в постель улеглась, так еще и куртку мою изрезала, но все же… такую страшную смерть никому не пожелаешь!

Плюс ко всему я вспомнила каменных собак возле того таинственно исчезнувшего дома…

И огромных черных псов из своего сна…

И загрызенного в машине человека…

– Ты чего так побледнела? – осведомилась Нинка. – Что, напугалась? Да ладно, ты ее знать не знала…

– Не… знала… – поспешно подтвердила я. Не рассказывать же Нинке про ту ночь и про свой сон…

– Ну, так и не бери в голову! Нам своих неприятностей хватает! Но вот теперь-то ты не сомневаешься, что это он? – И она мотнула головой в сторону комнаты Викентия.

– Да с чего ты взяла?

– Как – с чего? Ты же прочитала, что труп обескровленный… это он кровь выпил! Говорю тебе – однозначно он вампир!

– Да, но раньше он убивал по вторникам… ты же даже так и обозвала его – «убийца по вторникам».

– Ну, в той передаче говорили, что со временем маньяки убивают все чаще и чаще. Он постепенно входит во вкус, ему уже мало убивать только по вторникам, он убивает и в другие дни недели…

– Так ты определись уж, маньяк он или вампир?

– А кто ему мешает быть и тем, и другим одновременно? И маньяк, и вампир…

– Ну, в общем-то, наверное, никто… – ответила я, только чтобы Нинка отвязалась.

– Надо же, – проговорила она с каким-то странно мечтательным выражением лица. – А сперва он показался мне совсем неинтересным, бесцветным… Щуплый такой, мямля, в общем, хотя… ты знаешь, вот как раз вчера…

Я удивленно взглянула на Нинку.

Уж не проснулся ли в ней женский интерес к нашему невзрачному соседу? С чего бы это, хотелось бы знать… Вот уж кто совершенно не в ее вкусе! Говорила я уже, что Нинке нравятся мужики крупные, мордатые, руки как лопаты, ноги как колонны. И лицо чтобы как топором вырубленное, да тот, кто вырубал, не слишком старался.

У Викентия же если и есть что-то большое, так это нос. По Нинкиному же выражению, на семерых рос, да одному достался. И с чего это она вдруг соседом заинтересовалась?

Но меня это, честно говоря, мало волновало. Вообще не хотелось ни с кем разговаривать. И кофе даже не хотелось. Хотелось воды и половину лимона туда выжать. И лед положить.

И пить маленькими глотками, и чтобы было тихо и прохладно. И чтобы никто не стоял над душой и на работу не ходить.

Да, кажется, вчера я здорово перебрала с шампанским.

Я вздохнула тяжело и начала было собираться, как вдруг до меня дошло, что сегодня суббота.