Ромовая бабочка

Сколько ещё масок мне нужно будет снять с этой девушки, чтобы добраться до настоящей?!

Не уверен, что смогу повторить это снова, но я выдержал. Ощущения, конечно, потрясающие, но лично для меня чувство полного полёта было чрезмерным. Травму я всё-таки умудрился получить, хоть и лёгкую.

В первую попытку каким-то чудом умудрился запутаться левой рукой в тросе, а потом, падая, растянуть запястье. Аксенов предлагал завершить эту пытку, но я решил идти до конца.

На яхту поднимался с чувством полного удовлетворения. Насладиться победой над самим собой в полной мере мешали боль в руке и желудок в горле.

Алиса нас радостно встречала. Наверное, так людей с войны встречают, но я почти там и был.

– О, Господи! Наконец-то вы вернулись! Что там с рукой? Покажи немедленно!

Её голос почти звенел от напряжения. Девушка усадила меня в плетёное кресло, бегло осмотрела руку и приложила к больному месту холод.

– Я не врач, так что надо в больницу. Сейчас позвоню Селине, и всё решим. Мишка, собирай технику, помчали к городу.

Оперативности Волконской можно было позавидовать, но именно сейчас мне не хотелось этой бурной деятельности.

– Михаил, притормози! На берег ещё рано, а с рукой ничего страшного, – громко крикнул мужчине, видя, что тот и правда собирается отчаливать с нашего места.

Тот что-то бурча себе под нос, явно не очень лестное, махнул нам рукой и спустился на гидроцикл.

– Геркулес, твою дивизию, куда рванул!? – вскочила на ноги Алиса, пытаясь докричаться до уплывающего зама.

Это хорошо, что он решил покататься.

– Вот гад! Можно подумать, я сама не умею управлять этой посудиной! – чуть ли не топая красивой ножкой, возмущалась Волконская.

Она, как и я, не любила, когда что-то шло не по ее плану.

– Лис, угомонись! – прикрикнул я в попытке быть услышанным.

Она резко развернулась ко мне, уже открывая рот, чтобы теперь оторваться на мне. Приготовился получить порцию яда.

Алиса замолчала, и тишина на фоне всплеска волн о борт яхты и крика птиц стала неожиданной. Она несколько секунд, не моргая, смотрела на меня, потом на мою руку и снова в глаза.

Я не мог сдержать улыбку. Стало весело от того, что, оказывается, есть в этом мире нечто, способное заставить замолчать это эмоциональное создание.

– Алис, я в порядке. Не надо реанимации и вертолётов, – обхватывая ее запястье, притянул чуть ближе к себе. – И вообще, я жду обещанного поцелуя. Можно два, раз я всё-таки немного пострадал в этой неравной битве.

Мне беспрепятственно позволили усадить женское тело на свои колени и даже не прокомментировали поглаживания по попе. Алиса, словно зачарованная, провела пальцами по моим мокрым волосам, зачесывая их назад.

– Ты мокрый, – тихо прошептала она, стирая подушечками пальцев капли с моего лица: глаз, щек и губ.