Романтическая история мистера Бриджертона

Он подвел ее обратно к кровати. Они вдвоем удобно устроились на подушках.

– Я была очень молодой, когда это началось, - начала свой рассказ Пенелопа. - Всего лишь семнадцать. И произошло это случайно.

Он улыбнулся.

– Как, что-то подобное этому может произойти случайно?

– Я написала это, как шутку. Я была так несчастна в свой первый Сезон, - она искренне посмотрела на него. - Я не знаю, помнишь ли ты, но я тогда весила на стоун больше, чем должна бы весить, и тогда я не была такой стройной, как сейчас. (стоун - 6,5 кг - прим перев.)

– Я думаю, ты само совершенство, - сказал он, преданно смотря на нее.

Что, было, подумала Пенелопа, частью той причины, почему она тоже считает его совершенством.

– Так или иначе, - продолжала она, - Я была ужасно несчастлива, что написала довольно уничтожающее и язвительное сообщение об одном приеме, на котором я была за день до этого. А затем я написала еще, и еще. Я не подписывала их, как леди Уислдаун. Я просто писала их для забавы, а потом убирала к себе в письменный стол. Кроме одного дня, тогда я забыла их спрятать.

Он наклонился вперед, увлеченно ее слушая.

– Что же случилось?

– Моя семья уехала из дома, и я знала, что некоторое время их не будет, потому что тогда еще мама думала, что сможет превратить Прюденс в бриллиант чистой воды, и поэтому поездки по магазинам занимали почти целый день.

Колин поднял руки вверх, сигнализируя о том, чтобы она возвращалась к первоначальной теме.

– В общем, - продолжала Пенелопа, - Я решила поработать в гостиной, потому что моя комната была влажная и затхлая, поскольку кто-то - ну, хорошо, полагаю, этим кто-то была я - оставил открытое окно во время ливня. Но потом во время работы, мне нужно было сходить в…ну, ты знаешь куда.

– Нет, - резко сказал Колин, - Я не знаю.

– Посетить мою уборную, - прошептала она, краснея.

– О. Право, - пробормотал он, явно не заинтересованный в этой части истории. - Продолжай.

– Когда я вернулась, в комнате был поверенный моего отца. И он читал то, что я написала. Я была в ужасе!

– Что же случилось дальше?

– Я в течение минуты даже слова не могла сказать. Но затем, я осознала, что он смеется, смеется не потому что считает все мои записи дурацкими и глупыми, а потому что считает их очень хорошими и смешными.

– Да, они просто чудесны.

– Я знаю это лишь теперь, - проговорила она, криво улыбнувшись, - Ты должен вспомнить, мне было всего лишь семнадцать. И в своих записях, я высказывала довольно неприятные вещи.

– Я уверен, о неприятных людях, - сказал он.

– Да, так, но я все еще…, - она прикрыла глаза, поскольку воспоминания хлынули бурным потоком из глубин ее памяти. - Многие из них были популярными людьми. Влиятельными. Людьми, которые мне очень не нравились. Не имело значение, что они неприятны, и я открыла другим глаза на это.