Романтическая история мистера Бриджертона

Колин наклонился и поднял два листка бумаги с пола, один протянул леди Данбери, и посмотрел на оставшийся в его руках листок, хотя, был уверен в том, что он достоверно знает, что там написано.

Он оказался прав.

Нет, ничего, что я презираю больше, чем джентльмена, который, думая, что это забавно, снисходительно погладит леди по руке, и скажет: “Прерогатива женщины - менять свое решение”.На самом деле, поскольку я чувствую, что нужно всегда подтверждать слова делом, я стараюсь сохранять свои мнения и решения устойчивыми и неизменными.Вот почему, Дорогой читатель, когда я писала мою колонку от 19 Апреля, я действительно намеривалась сделать ее последней. Однако, произошедшие события, полностью вне моего контроля (или точнее вне моего одобрения) вынудили меня взять мои перо и лист бумаги еще один последний раз.Леди и Джентльмены, Ваш автор Не леди Крессида Туомбли. Она - не что иное, как коварный самозванец, и это разбило бы мое сердце, если годы моей трудной работы припишут такой как она.Светская хроника Леди Уислдаун,24 апреля 1824

- Эта лучшая вещь, что я когда-либо видела, - ликующе прошептала Элоиза. - Возможно, я плохой человек, но еще никогда не испытывала такую радость при падении другого человека.

– Вздор! - проговорила леди Данбери, - Я прекрасно знаю, что я не плохой человек, и, тем не менее, нахожу это восхитительным.

Колин не сказала ничего. Он не доверял своему голосу. Он не доверял самому себе.

– Где Крессида? - спросила Элоиза, крутя шеей во все стороны. - Никто, не видит, где она? Я держу пари, что из ее окружения уже убегают. Она должно быть смертельно уязвлена. Я бы точно была смертельно уязвлена, если была на ее месте.

– Ты никогда бы не смогла быть на ее месте, - сказала леди Данбери, - Ты слишком порядочный человек.

Пенелопа молчал.

– Однако, - весело продолжала Элоиза, - Каждый почти чувствует жалость к ней."

"– Но, только почти, - добавила леди Данбери.

– О, наверняка. Именно, только почти.

Колин продолжал стоять на своем месте и скрипеть зубами.

– И я получила возможность придержать мою тысячу фунтов! - проговорила леди Данбери.

– Пенелопа! - воскликнула Элоиза, пихая ее локтем, - Ты не сказала ни слова. Разве то, что случилось, не изумительно?

Пенелопа кивнула и пробормотала:

– Я не могу поверить в это.

Хватка Колина на ее руке напряглась.

– Твой брат приближается, - прошептала она

Колин посмотрел направо. Энтони шагал прямо к нему, Вайолет и Кейт наступали ему на пятки.

– Это отодвигает нас на задний план, - сказал Энтони, как только он встал рядом с Колином.

Он кивнул присутствующим дамам в знак приветствия.

– Элоиза. Леди Данбери. Пенелопа.

– Я не думаю, что сейчас кто-нибудь будет слушать объявление Энтони, - проговорила Вайолет, осматривая зал.

Гудение продолжалось неустанно.