Жестокий роман

 — Ты знаешь причину. Ничего не изменилось.

— Ты мой старший сын, — говорит с нажимом. — Именно поэтому ты всегда принимаешь верные решения. Этот раз не станет исключением.

Угроза. Неприкрытая. Ультиматум.

Старший сын. Сегодня. Завтра — изгой. Хватит одного неверного шага. Одной ошибки.

Отец ничего не прощает. Никогда. Не терпит слабости. Не выносит неповиновения. И он абсолютно прав. Глава семьи должен поступать именно так. Не оставлять сомнений в своем авторитете.

— Я не понимаю, что изменилось, — стараюсь не выдать эмоции.

Не понимаю. Но догадываюсь. Отчет Рустама сыграл роль. Еще какую. А дальше мой отъезд распалил подозрения.

— Я стар, сынок, — холодный тон. — Я хочу получить наследников от старшего сына. Разве много прошу?

— Я высоко ценю свободу, — хмыкаю. — К тому же есть незавершенное дело. Жена будет только мешать.

— У тебя будет достаточно времени, — говорит спокойно. — Обещаю. Сам понимаешь, это нельзя организовать за один день. Понадобятся месяцы, а то и год.

— Я бы предпочел выбрать невесту лично.

Шанс продлить отведенный срок.

— Я уже выбрал прекрасную девушку, — заверяет отец. — Уверен, она придется тебе по душе. Настоящая красавица.

— Посмотрим.

— Приезжай ко мне завтра, — продолжает. — Ты знаешь адрес.

— Завтра мой день занят. Важные встречи требуют внимания.

— Раз ты нашел время на отдых, то и на свидание с невестой тоже найдешь, — выдает так резко, что любые возражения исключены. — Завтра в обед будь у меня.

Я отключаю телефон.

Был богат. Стал нищим. За секунду.

Я думал, у меня есть время. Идиот.

Глава 43

Я привыкла действовать. Добиваться поставленных целей. Для меня было только единственное направление — вперед. К вожделенной победе.

Если я хотела чего-нибудь, по-настоящему хотела, то всегда достигала желаемого. Никогда не останавливалась, не сдавалась, постоянно пребывала в движении. Варианта отступить попросту не существовало. И плевать, сколько нужно приложить усилий, сколько потребуется вложить труда. Я боролась в любой, даже самой трудной и патовой ситуации.

Я боялась только одного. Застыть. Замереть. Остаться на месте. Меня пугало лишь состояние покоя. После смерти отца я с головой ушла в учебу, брала все возможные подработки, забивала мозг как могла. Только бурная активность помогла совладать с противоречивыми эмоциями, пережить утрату, смириться, понять и принять горькую неизбежность происшедшего.

А теперь я заперта. В клетке. Без права выбраться на волю. Без шанса уничтожить стальные прутья. Без возможности разорвать порочный круг.

Я больше ничего не могу. От меня ничего не зависит. Я как в тюрьме. Жду казнь. Неотвратимую и неизбежную.

Прежний способ сражаться уже не работает.