Напиши обо мне роман

Это не просто адская неловкость, а прямо-таки знак агрессии.

Я даже за десять секунд вся изъерзалась.

— В пустыню, — едва заметно усмехнулся он.

— Ну-у-у-у… — заныла я. — А как же купаться на закате? Последняя ночь же! Я надеялась, ты придумал что-то по-настоящему классное.

— Поверь, этот закат тебя не разочарует.

— Верить на слово фейри, миллионерам и красивым мужчинам — пассивное самоубийство, — поучительным тоном заявила я.

Ох, кажется, почти проговорилась.

Но, к счастью, Роман не обратил внимания на «фейри», отвлекшись на переговоры с водителем. А потом тот врубил музыку, да погромче, и втопил педаль газа.

За пределами городов сквозь свежую поросль небоскребов проглядывало совсем еще недавнее бедуинское прошлое страны. Стоило закончиться асфальту — и вместо сверкающих витрин и роскоши по обеим сторонам от дороги расползлись хибары-развалюхи, построенные на скорую руку из чего попало.

Кочевые народы редко строят на века, им это не нужно. Вот и выглядела страна как сверкающий оазис посреди древней и вечной пустыни.

Не так уж далеко мы отъехали, не больше часа от города, когда посреди буквального ничто и нигде, джип резко свернул с дороги и на полной скорости влетел в пустыню.

Тут-то и стало понятно, зачем нужны такие странные колеса. Джип несся по песку, словно это был привычный асфальт, подпрыгивая на невысоких барханах.

Я осторожно приоткрыла окно, чтобы поближе посмотреть на пустыню, и увидела, что следом за нами так же несется вереница машин — караван, в котором вместо верблюдов друг за другом двигались по песку мощные машины.

В пустыне не было прямых дорог — ее облик менялся, повинуясь велениям ветра, который гонял целые барханы туда-сюда, выстраивая картины из песка, словно в калейдоскопе.

Вжжжжжухххх — мы резко свернули, и следом за нами по краю бархана пронеслись другие машины.

Вжжжжух — песчинки застучали о стекло водителя.

Вжжжжух! — и добрые полкило песка влетели через приоткрытое окно прямо мне в лицо!

Я моментально подняла стекло и решила больше так не высовываться.

Роман ржал, как ненормальный, глядя, как я отплевываюсь и вычищаю песчинки из труднодоступных мест.

К счастью, водитель был слишком занят, чтобы присоединиться к веселью. Все же вести машину по пустыне было не так легко, как мне показалось на первый взгляд. Под орущую арабскую попсу он гнал вперед, стараясь не замедляться, иначе колеса начинали буксовать.

Временами, когда джип проносился по краю бархана, он так опасно кренился, что сердце замирало от ужаса. Я так и ждала, что сейчас он перевернется — пару раз он даже побалансировал на двух колесах, но тяжело ухнул обратно на все четыре, а водитель быстро и нервно вытер лоб.

Я с подозрением покосилась на абсолютно спокойного Романа.