Актриса на главную роль

Трофим Фадеевич всеми правдами и неправдами, где откровенным наездом и руганью, где уговорами и взятками из армейского пайка, но смог вывезти семью в Москву на транспортном самолете. В Москве, в большой квартире на Сретенке, жила его родная тетка по матери Таисия, потерявшая мужа и сына еще в финскую войну. Она-то и приютила семью любимого племянника, обретя в них новый смысл своей жизни, окружила их заботой и выходила всех троих, хотя врачи на вопрос Трофима, выживут ли, с горечью отводили глаза.

Конечно, парни на всю жизнь остались с памятью о блокадном смертельном голоде и, разумеется, с тяжелыми последствиями для здоровья и психики. Может, поэтому старший сын Трофима Фадеевича пошел учиться на пищевого технолога по мучным изделиям, чтобы всегда находиться рядом с живительным, для него в прямом смысле, хлебом и в сорок два года возглавил один из крупных московских хлебокомбинатов, где и проработал до семидесяти лет.

Младший стал довольно успешным и известным журналистом. Но и их дети, внуки великого комэска Разведова, не вдохновились подвигом деда и выбрали вполне мирные профессии, далекие от авиации.

Например, отец Трофима, получив специальность инженера, долго работал на заводе, пару лет служил в конструкторском бюро, но понял, что проектирование не его призвание, а ему ближе прикладная наука, перевелся инженером-конструктором в экспериментальный цех-лабораторию при научном институте. Через несколько лет он возглавил лабораторию, работал и на космос, и на военку.

Так и получилось. Кто-то женился-разъезжался, приходили новые люди, дети обзаводились своими семьями и отдельным жильем, и в том самом старом доме на Сретенке в большой квартире остались жить патриарх рода Трофим Фадеевич, его старший сын Матвей Трофимович с женой Валентиной и их средний сын Роман Матвеевич с женой Марией и сыном Трофимом.

Трофим-младший рос, окруженный героикой знаменитого прадеда, его рассказами про службу, про войну, про подвиги товарищей. На книжных полках, в рядах военной литературы, мемуаров известных полководцев, любимых писателей, прошедших войну, стояли и изданные мемуары прадеда, и посвященные ему книги, поблескивали кубки. На стенах висели грамоты, а в специальной стеклянной витрине красовался дедовский парадный мундир, увешанный орденами и медалями. Сказочная красота для пытливого ума мальчишки.

– У меня довольно скучная биография, – посмеивался Разведов. – Совсем не яркая и насыщенная, как твоя. Хорошо учился в школе, занимался спортом, ходил в аэроклуб, что называется, с детства заточен на поступление в летную академию. Поступил, перешел на казарменную жизнь в семнадцать лет, отучился, и понеслась служба по разным регионам и гарнизонам страны.