Роковая Роксана

Прежде чем подсадить в карету, граф припал в поцелуе к моей щеке, заставив Стеллу покраснеть, а маму – восхищённо ахнуть. Отчим насупился, но ничего не сказал.

- Никому ни слова, - успел шепнул мне граф, пока я поднималась по ступенькам кареты. – Пожалейте своих родных. Любая ваша неосторожность может стоить им жизни. И никуда не выходите.

Карета тронулась, граф помахивал рукой нам вслед и посылал воздушные поцелуи. До самого дома я, отчим и Стелла не проронили ни слова, но нашего молчания никто не заметил, потому что мама говорила за четверых, расписывая будущее торжество, сетуя, что нет времени приготовить достойное платье, и мечтая о моей будущей жизни в столице.

Я почти ждала, что отчим по возвращении домой захочет со мной поговорить, но он сдержанно пожелал всем спокойной ночи и предложил сегодня отдохнуть, потому что вечер был волнительным, ночь ещё волнительнее, а подобные происшествия лучше обсуждать на свежую голову.

- Очень разумно! – поддержала его мама. – Мне надо выспаться, потому что завтра с утра я бегу подавать объявление в газету. Надо как можно быстрее сообщить о свадьбе. Оглашение и помолвку мы уже не успеем устроить, так хоть сделаем письменное оповещение.

Мы со Стеллой ушли к себе, разделись, помогая друг другу расшнуровать корсеты, первой в ванную отправилась сестра, а я села за стол, заточила перо, но тут же его отложила, понимая, что не смогу ничего написать. Может, лучше поискать письма? Но корзина для бумаг была пустой. Конечно же, Мэри-Анн давно всё выбросила. Сейчас эти письма уже в печке.

Всё-таки, снова взявшись за перо, я попробовала составить текст писем по памяти, но когда услышала, что Стелла идёт в комнату, спрятала свои попытки в письменный ящик.

Умывшись и расчесав волосы, я вернулась, уверенная, что Стелла уже давно спит, но моя засоня-сестра сидела на кровати, поджав ноги, и смотрела в окно, где ничего не было видно – только наши со Стеллой отражения в стекле.

- Почему не спишь? – спросила я, откидывая одеяло со своей постели и взбивая подушку."

"Я успела надеть ночной чепец и загасила все свечи кроме одной, когда Стелла произнесла очень спокойным, почти будничным тоном:

- Наша помолвка с Харальдом расторгнута. Завтра попрошу маму об этом объявить.

- Что?! – я рывком обернулась к ней. – Почему? Из-за чего?

Сестра сидела на постели, потупив глаза, бледная, осунувшаяся, но удивительно спокойная.

- Это моё решение, - произнесла она, не глядя на меня. - Сегодня я ничего не сказала маме… Она так довольна, что у тебя всё получилось с графом… Не хочу её расстраивать.

- Но почему, Сти?! – я села на край её постели и взяла руки сестры в свои.

Её пальцы были холодными, как лёд, и даже не дрогнули, оказавшись в моих ладонях.