Роковое сокровище

Бриджид пыталась побежать следом, горя желанием помочь, но Дилан вовремя перехватил ее и потребовал ждать возвращения супругов.

— Ну вот и все, — шептал Бродик хриплым от облегчения голосом. Он все еще прижимал жену к себе, казалось, не в состоянии отпустить ее. Он поцеловал ее в лоб, умоляя не плакать. Джиллиан вытерла лицо пледом.

— Умираешь от желания заорать на меня, верно? Выругать хорошенько?

— Чертовски верно, — признался он. — Но я человек заботливый и внимательный, так что подожду, пока ты оправишься.

Джиллиан, разумеется, ни на секунду не поверила.

— Это очень мило с твоей стороны, — согласилась она.

— О чем, во имя Господа, ты думала? Уехать без… Боже, Джиллиан, тебя могли убить!

Он только разошелся и принялся рвать и метать, одновременно промывая ей рану холодной водой. Правда, потом успокоился ровно настолько, чтобы ворчливо признать, что рана не так ужасна, как кажется с первого взгляда, но тут же снова завопил, перебирая ее прегрешения. К тому времени как Бродик закончил перевязку, нога почти не болела, но гордости Джиллиан нанесли тяжкий удар.

Он не позволял ей ходить, а она не разрешала ему никуда ее нести, пока он не выложит все, что думает, поскольку не желала, чтобы он пенял ей в присутствии своих людей. Но он поднял ее на руки, продолжая свою пламенную речь:

— Когда мы вернемся домой, даю слово, запру тебя и приставлю двух стражников! Больше тебе не удастся так перепугать меня!

Джиллиан приложила ладонь к его щеке, и он, словно по волшебству, успокоился. Но она тут же испортила все, попытавшись объяснить, что ею руководило.

— Я не хотела причинить всем столько беспокойства.

— Но ты оставила замок, никому не сказавшись, верно? Одна, без сопровождения! Да еще покинула земли Синклеров без…

— Я не знала, что покинула владения Рамзи…

Бродик закрыл глаза и в сотый раз напомнил себе, что Джиллиан жива. Сама мысль о том, что он мог потерять ее, была хуже смерти и в то же время доводила его до умоисступления. Да как же он позволил себе лишиться столь тщательно и долго возводимой защитной оболочки?

— Криком ты ничего не добьешься.

— Еще как добьюсь! — рявкнул он. — И по крайней мере хоть легче станет!

Джиллиан не осмелилась улыбнуться, опасаясь, что муж смертельно оскорбится. Не стоит подливать масла в огонь.

— Да послушай же меня и постарайся быть благоразумным!

— Благоразумнее некуда. Я долго не мог понять, что к чему, но наконец сообразил.

— Что же именно?

— Беда следует за тобой, как тень, Джиллиан. Ты навлекаешь неприятности. Клянусь всеми святыми, если ветер свалит дерево, оно упадет прямо тебе на голову.

— О, я признаю, что последнее время мне не везет, — пробормотала Джиллиан, — но…

— Не везет? — взвился Бродик.