Веселый Роджер

* * *Арина так увлечена новыми отношениями с загадочным фотографом, о котором не разрешает рассказывать ни Белову, ни Кустову, ни родителям, что будто не замечает, как изменилась Вера. За последние недели подруги созванивались от силы несколько раз, когда Аришка просила прикрыть ее очередную ночевку вне дома. Конечно, лгать Полине Сергеевне хотелось меньше всего, но Вера шла на поводу у подруги, опасаясь потерять и ее тоже.

Она моет гору посуды на своей кухне после приготовления торта «Наполеон», который проспорила Белову, и думает о том, откуда взялось неприятное чувство вины перед Ариной. Подумать страшно, как та отнесется, узнав, что Вера встречается с ее вторым братом. Сначала с одним, потом с другим. Определенно, Вера крепко вцепилась в эту семью, так просто от нее не отделаться.

Сколько же слухов будет вокруг нее ходить, когда все узнают? Ей нельзя рассказать даже маме, та не одобрит: слишком сильно любит Артёма и хорошо относится к его родителям. Они лично знакомы, несколько раз виделись. О Белове мама слышала только как о «странном брате Артёма, который никому не мешает и, вероятно, гей».

– А кексов у тебя сегодня нет, что ли? – Вик валяется на ее кровати с планшетом в руках.

– Я смотрю, кто-то разбаловался.

Он пожимает плечами, хлопает себя по животу.

– Да, хорошо, что Алекс скоро прилетает из Лондона, возобновлю тренировки. Алекс – это мой тренер.

– Без тренера ты в спортзал не ходишь?

– Не-а, только под надзором. Я ж ленивый, меня гонять надо.

– И прожорливый.

– Кто бы говорил, мисс восемьдесят килограммов в десятом классе."

"Вера медленно, пораженно поворачивается к нему с лопаткой в руках и угрожающе трясет ей.

– Так и знала, что нельзя было тебе показывать свои школьные фото!

На них она мало того, что толстая, еще и с челкой, в очках и со скобками на зубах. Несложно догадаться, почему Вера дожила до двадцати одного года девственницей.

Вик салютует и широко улыбается.

– Если опять растолстеешь, будешь мне позировать. Я придумаю тебе образ, прославимся. Полненькие сейчас в моде.

– Кто-то сейчас договорится и останется без торта.

– Да я шучу, Вера, ты же знаешь, что в этой комнате только одно страшилище – и это я. И заниматься мне нельзя самому по причине, что не все мышцы работают, как надо, некоторых нет кусками, и кожа вся перетянутая, неэластичная. Ты же видела. Только Алекс за меня и взялся во всей Москве.

– Понятно. – Она сразу грустнеет. – Но ты в хорошей форме.

– Чувствую, это ненадолго.

Вик подходит к столу, обнимает Веру одной рукой за талию, другой берет нож и начинает резать торт, не обращая внимания на ее возмущения, что тот еще не пропитался.

Как и обычно, время в его компании пролетает незаметно.