Родословная до седьмого полена

— Ника на мигрень жаловалась, — повторил Петя, — аспирин глотала, и отпускало. Она думала, что на погоду реагирует.

— Это не мигрень, — заметила я, — просто головная боль. Что вам Невзорова прислала?

Иванов нажал пальцем на экран, в комнате раздался женский голос:

— Петяша! Знаю, ты не любишь аудиозаписи. Но я жутко нервничаю. Срочно нужен твой совет. И помощь. Что-то я неправильно сделала. Извини, если путано рассказывать буду. Только не бросай трубку. Речь пойдет о Вадике.

— Да, ты Виброва терпеть не можешь. Я тоже сто раз решала с ним более не встречаться. И пока он не звонит, все отлично, а потом звякнет, и я бегу к нему собачкой. Может, он колдун? Все для него сделать готова. Выполню его просьбу, вернусь домой и думаю: «Какого черта я опять ему помогла?» Ладно, говорю сжато. У Вадика полная фигня с бизнесом. Прямо вижу, как ты сейчас скривился. Нет, денег я ему больше не даю. Но у Виброва реально дела не идут. Заказов совсем нет. С теткой он поругался. Зинаида Семеновна ему не заплатила за полгода работы и, чтобы деньги вообще не отдавать, из дома выперла навсегда.

— Вранье, — подпрыгнула Нечеткина, — как только он посылку в нужное место доставлял, тут же в руки деньги получал.

— Давайте просто послушаем, — попросил Арсений, — Петр, снимите запись с паузы.

В кабинете снова раздался голос Вероники:

— Нет нигде записей о Капельфанах. Вы, скорей всего, немец, возможно, ваши предки прибыли в Россию не при Всеславе Полоцком, а в начале двадцатого века.

Но Модест стоял на своем, он верил бабке, которая пятилетнему мальчику толковала про его пращуров тевтонских рыцарей из Подмосковья.

— Бред, — хмыкнул Арсений.

— Модест считал информацию верной, а сотрудников архива дураками, не способными найти нужные записи, — продолжала Ника. — И тут ему встретился Вадим, который сказал, что вмиг найдет корни Модеста хоть на Земле, хоть на Луне. Только дорого его услуги стоят.

Капельфан обрадовался, стал давать Виброву разные суммы. Почти год Вадим «доил» деда, чья внучка исправно платила за каприз старика большие деньги. Рассказывал, как по разным городам летает, в документах копается. Но потом Модест вдруг стал нервничать и спрашивать:

— Где же моя родословная?

Вадим соврал наивному пенсионеру, что нашел кладбище с могилами его предков. Погост заброшен, однако надписи на плитах сохранились, более того, он показал старику фото: лес, среди деревьев несколько надгробий. На самом большом надпись «Капельфан Модест Модестович», и год, я забыла какой. Тысяча семьсот… шестьсот… Дедок обрадовался и вдруг заявил:

— Какой клад? — не понял Вадим и услышал продолжение истории все той же бабки Модеста.

Оказывается, она сообщила внучку тайну.