Самоход. «Прощай, Родина!»

Осторожно заглянули в окно: ни дыма, ни огня, банка стоит на столе, как стояла. Решили открыть еще одну банку, но теперь уже на улице да за углом сарая. Из танка принесли банку, поскольку в избу заходить побаивались, проткнули ножом дно, поставили банку на снег и кинулись за угол.

И снова раздалось шипение, потом показался огонь…

Когда все стихло, самый смелый взял банку в руку и тут же перекинул в другую:

– Горячая, аж руку обжигает!

Никто не мог понять, что за хитрые банки перед ними.

В предвоенные годы и в сорок первом население и армию готовили к химическому нападению противника, создавали общества «Осоавиахима», раздавали противогазы. И потому на банки смотрели с подозрением.

Виктор решился, подобрал банку. С одной стороны – линейная прорезь от ножа и копоть от огня, с другой – жесть цела.

Он повертел банку, разглядывая ее – вот эту сторону он вскрыл ножом. Елки-палки! Да здесь мясные консервы! Вид аппетитный, пахнет вкусно, и самое главное – они теплые!

Кто-то протянул ложку. Виктор осторожно попробовал консервы на вкус и увлекся, ложка за ложкой, съел все содержимое банки целиком.

Как потом оказалось, немцы выпускали широкий ассортимент консервов для частей, воюющих на Севере, и в первую очередь для егерей в Норвегии, где расположился их арктический корпус. Банка с одной стороны имела двойное дно, где находился фосфор. Стоило проткнуть жесть гвоздем, штыком или ножом, состав воспламенялся, и солдат, даже будучи в промерзшем окопе, получал горячее питание.

Расхватав банки, танкисты разогревали их прямо на улице, а потом несли в избу – опасались продымить ее. Дым от фосфора едкий, а им в избе еще спать. Посмеялись над собой, над своими страхами:

– А ты видел, как Ивахненко из избы рванул? Чуть дверь с петель не сорвал! Ха-ха-ха!

Но это им сейчас было смешно, а тогда все испугались.

– Чего только фрицы не придумают! А с другой стороны, хорошо, всегда жратва теплая, – подвел итог командир взвода Вахтин.

Получалось – и шнапс пили трофейный, и тушенку ели немецкую, только хлеб русский был.

Немцев продовольствием снабжали лучше, питание было разнообразным и вкусным, а главное – вовремя. И с боеприпасами они нужды не знали. А у нас в сорок втором году из-за острой нехватки снарядов в сутки на орудие выдавали по одному-два выстрела.

В сорок третьем ситуация коренным образом изменилась в лучшую сторону. Свои заводы выпускали патроны и снаряды, по ленд-лизу получали, когда создали каналы поставки. Кроме северных морских конвоев грузы и техника шли южным путем, через Иран, самолеты гнали через Камчатку.

Утром завьюжило. Мороз небольшой, но сильный ветер, снег валит. Видимости никакой, танк в десяти шагах не видно. Самолетам – и нашим, и немецким – ни боевых вылетов не сделать, ни разведку провести.