Еще одна из рода Болейн (Другая Болейн)

Сегодня он не был похож на грозного короля. Просто мальчик, печальный мальчик.

— Я сегодня не участвовал в турнире.

— Знаю.

— И больше, может быть, никогда не сяду на лошадь.

— Генрих, почему?

Помолчал.

— Я испугался. Разве это не позорно? Когда на меня начали надевать доспехи, понял, что боюсь.

Я не знала, что сказать.

— Это опасное дело — турниры, — обидчиво произнес король. — Вы, женщины, в шатрах, с вашими подарками, с вашими пари, слушаете себе, как трубят герольды, вам не понять. Это не игрушки, тут вопрос жизни и смерти.

Я ждала.

— Что, если я погибну? — спросил он беспомощно. — Что будет тогда?

На одно ужасное мгновение я подумала — речь идет о его бессмертной душе.

— Никто же не знает, — произнесла нерешительно."

"— Я не о том. — Он отмел мои робкие соображения. — Что станет с троном? Что станет с короной моего отца? Он объединил страну после стольких лет сражений, никто не верил, что такое возможно. И никто, кроме него, не смог бы. Но он всего добился. И у него было двое сыновей, двое, Мария! И когда Артур умер, оставался я, чтобы наследовать трон. Он создал королевство, выполнил свой долг — и на полях сражений, и в постели. Я унаследовал прекрасную страну — крепкие границы, покорные лорды, сокровищница, полная золота, — и мне некому ее передать!

Нечего ответить на эти горькие слова. Я опустила голову.

— Жизнь без сына гнетет меня. Каждую минуту думаю с ужасом — вдруг умру, не оставив наследника. Не могу биться на турнире, даже охотиться не могу с легким сердцем. Впереди изгородь, надо, отбросив сомнения, довериться коню и прыгнуть, а я вижу как наяву — лежу в канаве со сломанной шеей, а корона Англии катится в кусты — подбирай кто хочет. А кто сможет ее поднять?

На лице его читалось страдание, в голосе слышалась мука. Слишком много для меня. Дотянулась до бутылки, наполнила стакан.

Подумала: «Пришло время, дядя одобрил бы то, что я собираюсь сказать».

— У вас есть дети от меня. Наш сыночек Генрих — ваш живой портрет.

Он плотнее завернулся в плащ:

— Можешь идти. Георг ждет тебя?

— Он всегда ждет. Не хотите, чтобы я осталась?

— У меня тяжело на сердце, — сказал он откровенно. — Перед лицом смерти не радуют любовные игры.

Я сделала реверанс. Перед дверью помедлила и обернулась. Он не смотрел в мою сторону. Сгорбился в кресле, закутался в плащ, глядит на угли в камине, словно хочет прочесть в пламени свою судьбу.

— Вы можете жениться на мне, — тихонько сказала я. — У нас двое детей, и один из них мальчик.

— Что? — Его глаза затуманены отчаянием.

Конечно, надо быть настойчивее, ведь именно этого и ждет дядюшка. Но не все женщины умеют настаивать.

— Доброй ночи, — ласково сказала я. — Доброй ночи, милый принц.

И оставила его наедине с собственными невзгодами.