Эхо 13 Род Которого Нет. Том 1

— Ну конечно, — сказал он вполголоса, даже не улыбаясь. — Всё идёт так, как было сказано.

Он взял перо, приподнял верхний лист и ещё раз прочитал последние строки. Пальцы не дрогнули.

— Я и не сомневался, что так и произойдёт, — произнёс Император и приложил печать.

Мотор пикапа заглох, и тишина у заводских ворот показалась странно плотной. Не той, что бывает на пустой дороге, а настороженной, напитанной ожиданием. Я открыл дверь, шагнул на потрескавшийся асфальт и сразу упёрся в стену из людских спин.

Толпа сгрудилась плотным полукругом у центральных ворот. Первые ряды — военные в камуфляже, стоящие плечо к плечу, за ними — журналисты с камерами, штативами, микрофонами и планшетами. Объективы тянулись вперёд, выискивая лучший ракурс. Разговоров почти не было — только глухой фон перешёптываний, из которого невозможно выхватить ни одного слова.

Я сделал пару шагов вперёд и сразу понял — пробиться сейчас невозможно. Даже если бы захотел, пришлось бы буквально проталкиваться через строй, а каждый шаг попадал бы в чей-то кадр.

— Максим Романович, что это вообще? — спросил я вполголоса.

— Не знаю, — он чуть склонил голову, уголки губ дрогнули в намёке на усмешку. — Но предполагаю… сейчас будет весело.

В этот момент в центре толпы, прямо перед воротами, я заметил наспех сколоченный помост из поддонов. Сырые доски, свежие сколы, кое-где торчали гвозди — делали в спешке, лишь бы успеть к началу. На него поднялись трое.

Двух я узнал мгновенно. Барон — Игорь Иванович Румянцев и граф — Сергей Петрович Корнеев — имена, знакомые по контракту, который я недавно читал. Шесть лет назад они взяли завод в долгосрочную аренду и с тех пор держали его на полном ходу, вытягивая из него всё, что можно. Сейчас стояли бок о бок, словно два победителя на пьедестале.

Третий выглядел иначе — в нём не было ни намёка на аристократическую выправку. Лицо узкое, глаза мелкие и круглые, как бусины, бегали из стороны в сторону, выдавая привычку всё оценивать и прикидывать на ходу. Надменность во взгляде выдавала не меньшее самомнение, чем у барона и графа, но иного сорта — чиновничьего, пропитанного запахом взяток и мелких интриг. В руках он держал пухлую папку с бумагами, прижимая её к боку так, будто та стоила больше, чем всё вокруг.

Граф шагнул к самому краю помоста, ладони развёл в стороны, взгляд уверенно скользнул по толпе:

— Дамы и господа, мы собрались здесь, чтобы сообщить вам великую новость. За многие годы здесь не происходило столь значительных событий. Да, шесть лет назад у нас был крупный прорыв, — он повернулся к барону, — но тогда это были монстры второго, третьего, четвёртого ранга. Их было много, но ни один не стоял рядом с тем, что произошло сейчас.