Риверстейн

– Каков твой Источник, Хранительница? – спросил он.

Я улыбнулась:

– Вода. Если честно, я думала, все Источники в Подлунном мире – это вода.

– Вот еще, – презрительно фыркнул старик, – разные все. У иных и вовсе не пойми што. Твой пробудился, значит, – думая о чем-то своем, прошамкал старик, – хм, тогда, может, и есть надежда, может, и отступит Бездна, сжалится…

Его голос становился все тише и тише, голова опускалась ниже, и я уже почти не слышала, что он там бормочет в свою всклокоченную седую бороду. Нет, все же старик слегка выжил из ума.

– Чего встала?! – вдруг заорал он, и я испуганно подпрыгнула и попятилась. – Иди отсюда! Стоит тут, от дел отвлекает! Подслушивает! Иди! – и замахнулся на меня клюкой.

Подхватив юбку, я торопливо выскочила из грота и понеслась вниз по ступенькам.

* * *Вечером был прием в нашу честь. Хотя мне показалось, что у неугомонных и говорливых гномов любой повод выливается в шумный праздник с бочонками эля, разламыванием стола и прыжками под шувыр. Прием у Верховного отличался от застолья на границе только количеством присутствующих и более крепким столом, обитым железными ободами. У Верховного гнома кулак был тяжелее дагамаровского. И стучал он по столу чаще!

Нас с Ксеней усадили за стол к гномихам, отдельно от мужчин, и уже через полчаса у меня разламывалась голова от бесконечных вопросов и наставлений. Два десятка гномих буквально атаковали нас ворохом самых разнообразных советов, начиная от рецептов лучшей опары для теста и заканчивая методами воспитания детей. При этом они не просто поучали нас, но и громогласно спорили между собой и, как и мужчины, стучали кулаками по столу!

Когда милые жительницы Граама дошли до обсуждения мужских прелестей и достоинств, ничуть не смущаясь и даже не понижая голоса, я не выдержала и, мучительно покраснев, выползла из-за стола, бормоча, что мне очень нужно на минутку удалиться. И, вылетев из шумного зала, бросилась в свою комнату, размышляя, чем бы подпереть дверь, чтобы меня здесь не нашли.

А вот Ксенька осталась и даже весьма заинтересованно слушала. А когда я улепетывала, она еще и начала задавать вопросы, прихлебывая эль и подавшись вперед, чтобы ничего не упустить. Раскрасневшиеся и хихикающие гномихи так обрадовались ее вниманию, что упустили мое бегство и подсели ближе, желая предоставить Ксене исчерпывающую информацию по данному вопросу!

Когда в зале завыл шувыр и начались танцы, я улеглась на кровать и закрыла глаза. Кто-то заглянул в комнату, постоял у двери, но я усиленно делала вид, что сплю, и с тихим стуком дверь закрылась.

Я с облегчением вздохнула и перевернулась на спину, хмурясь и пытаясь понять, откуда в душе эта гнетущая тревога. Хотя что тут думать – поводов для беспокойства у меня целая бездна.