Риверстейн

Я еще посидела возле теплых углей и засобиралась к себе. Косу не стала заплетать, пусть волосы высохнут.

В комнате на моей кровати сидел лорд Даррелл, скучающе покачивая носком сапога.

– Ой! – воскликнула я. – Простите, не ожидала вас здесь увидеть! – И торопливо потянулась к волосам, чтобы убрать их.

Лорд вскочил, не спуская с меня глаз, перехватил мою руку.

– Не надо… Не убирай их.

И застыл, не сняв ладони с моего запястья. Я тоже замерла, не понимая, почему он так на меня смотрит. А потом он чуть подался ко мне, и я отпрянула. Лорд тряхнул головой и отвернулся, отошел к окну, застыл, сцепив пальцы.

Я растерянно молчала. За десять дней наших занятий мы притерлись друг к другу, и отношения, установившиеся между нами, хоть и не были дружескими, но я перестала его бояться, а он меня – подозревать во всех грехах. Мне даже казалось, что лорд не против совместного времяпрепровождения, и обучать меня он вызвался сам. Даже настаивал, чтобы я называла его по имени, и я называла… иногда.

И теперь это странное напряженное молчание, от которого ходят желваки на его щеках, словно мужчина ужасно злится. Но что я сделала не так?

– Лорд Даррелл, – робко позвала я, – я чем-то обидела вас? Простите, я не знала, что вы здесь, иначе заплела бы косу! Я понимаю, что выгляжу… неприлично. Не сердитесь, я сейчас приведу голову в порядок!

– Сала дея! – мужчина покачал головой, словно сокрушаясь, и повернулся ко мне. В лице его больше не было напряжения, только в глазах осталось непонятное мне голодное выражение. – Сала дея! – повторил он и улыбнулся. – Какой удивительной глупостью забита твоя голова, Ветряна! С чего ты взяла, что твои распущенные волосы меня… злят?

– Но как же! – удивилась я. – Наставницы говорят, что показываться с распущенными волосами – грех! Так только продажные девки делают! И если кто-то из послушниц так поступит, ее душа после смерти тотчас угодит в Черные Земли на мессу к промклятым колду… Ой! – я выпалила вбитую в меня с детства фразу и осеклась, задумавшись. Если после смерти души не попадают в Черту, то куда же они попадают?

– Потрясающе, – лорд склонил голову, рассматривая меня и удивительно напоминая ворона, в которого он обращается. – Ветряна, а кто такие продажные девки? – вкрадчиво спросил он.

– Вы не знаете? – А еще маг! Таких простых вещей и не знает! – Это девушки, которые продали свою душу чернокнижникам! Поэтому и продажные!

– Серьезно? А зачем они ее продали?

Я задумалась. И правда – зачем?

– Честно говоря, я не совсем уверена, – загрустила я. – Вообще я как-то заинтересовалась этим вопросом, в детстве, чисто из познавательного интереса, разумеется…

– Разумеется, – кивнул лорд. Губы его странно подрагивали.