Ритуал (СИ)

Лук я решила не брать. Колебалась, повторяя пальцем узор орнамента, погладила колчан, оттянула тетиву до легкого “дзынь”, и отодвинула. В условиях шахт — бесполезно, в условиях города — тоже.

Гебион! Иногда мне хотелось ускорить время, и чтобы он уже сейчас получил статус Мастера-оружейника, и наконец оформил патент на те разрывные наконечники для стрел, которые должны пробивать защитные купола. Ждать столько зим — невыносимо. Надо как-то подтолкнуть его к этому изобретению.

— Мисси, — Нэнс протягивала мне меховой плащ с таким скорбным лицом, как будто я уезжала навсегда за Северное море, а не в Керн.

Я ещё раз мысленно пробежалась по карманам — артефакты, катализаторы, зелья, пошевелила пальцами, пересчитывая кольца — и насколько хорошо и правильно намотаны змейки. Почесала нос — лилии убрали давно, и спальню проветрили не раз, но мне до сих казалось, что мерзкий запах витает в воздухе.

Вестники обоим Тирам ушли только что. Младшему я написала о встрече в Ратуше — Кантор любопытен и слишком любит знать всё, чтобы пропустить.

Послание Старшему — Претору Тиру, я составляла дольше. Покусывала губы, меняла формулировки, пока не плюнула и не написала, как есть: “все дивизии Легиона, доспехи, обмундирование и оружие которых было обработано новым запатентованным эликсиром Хейли рассыпятся в прах. Точные сроки неизвестны”.

Эликсир варила Фей, и тестовых недостаточно, чтобы точно рассчитать время. В Легионе никому и в голову не приходило каждый раз проводить бесполезные замеры. По моим подсчетам — у военных было ещё два дня, но с таким же успехом — это может быть и завтра, и сегодня…

— Возможно все, кроме “вчера”, — пробормотала я себе под нос. Надеюсь, старший Тир сообразит, какие это из дивизий — те, что остались в Керне, или те, что перебросили в Хадж, или те, что ушли к Хэсау?

— Мисси…это чем же мы провинились, что вы аллари не берете… всегда брали, ишь, а теперича что?

Нэнс ждала ответа — уголки губ опустились вниз, глаза смотрели с тревожным ожиданием, даже привычный румянец на смуглых щеках, и тот, как будто выцвел.

Крахмальный белоснежный передник — слугам каждые два дня положен чистый и хрустящий из прачечной, косы короной вокруг головы, пухлые ловкие смуглые руки, точеная стать, которую можно увековечивать в камне или отливать в бронзе. Большое сердце, немного сообразительности, зато очень много преданности и любви, которую я по большому счету ничем не заслужила. Нэнс тоже знала про Мор и тоже выбрала остаться здесь.

— Почему вы остались, Нэнс? Почему ты осталась? Не боишься умереть? — я забрала плащ, накинула и расправляла завязки.

— А чего бояться, мисси, — она пожала пухлыми плечами с отчетливым недоумением. — Все рано или поздно там будем. Источник примет всех.