Ритуал

И вот уже тогда молва вполне может достичь ушей незнакомки из викторианского желтого дома…

Мистер Хамфрис спросил, есть ли желающие, и прошелся взглядом по рядам, не увидев, как и следовало ожидать, ни одной поднятой руки, пока не добрался до конца класса.

Он медлил: Кэсси обернулась и увидела, что поднятую руку венчают длинные алые ногти.

- Фэй Чемберлен, - решился, наконец, мистер Хамфрис.

Он присел на край своего стола; высокая эффектная девушка подошла и встала рядом. Создавалось впечатление, что, будь его воля, он бы отодвинулся. В комнате что-то набухло и нависло; все взоры обратились к Фэй.

Она перекинула богатую черную гриву на спину и повела плечами, отчего ее откровенно соскальзывающий топ соскользнул еще ниже. Запрокинув голову назад, красотка расплылась в ленивой кошачьей улыбке и поднесла листок к глазам.

- Хочу прочитать вам стихотворение, - произнесла она спокойно, с хрипотцой, - про огонь.

Кэсси в шоке опустила глаза на собственное сочинение. Потом всем ее вниманием завладел голос Фэй.

Я мечтаю об огне:

языки пламени ласкают меня,

волосы пылают факелом,

Тело горит тобой.

Прикоснись к моей коже,

и ты не сможешь оторваться -

ты превратишься в уголь,

но, умирая, будешь улыбаться.

И тогда, любимый, ты тоже станешь огнем.

Пока весь класс наблюдал за ней, пребывая в состоянии, близком к гипнотическому, Фэй достала спичку и каким-то образом - Кэсси не очень поняла, каким - зажгла ее. Она поднесла горящую палочку к листку со стихотворением и подожгла его. Потом, медленно ступая, подошла к парте Джеффри Лавджоя и нежно помахала горящей бумажкой перед его носом.

Что тут началось! Гиканье, улюлюканье, битье кунаками по столам. Часть парней казались испуганными, но большинство, понятное дело, пребывало в диком восторге. Девушки от зависти кусали локти, мечтая хоть раз в жизни отважиться на что-либо подобное.

Слышались выкрики:

- Видишь, Джеффри, как везет симпатягам вроде тебя!

- Давай, чувак, не дрейфь.

- Осторожно, Джеф, Салли стопудово узнает!

Джеффри молчал, только его шея постепенно багровела.

Когда листок почти догорел и вознамерился обжечь красивые пальцы, Фэй, покачивая бедрами, продефилировала прочь от Джеффри и небрежно выбросила догорающую поэзию в металлическую корзину для мусора, стоявшую рядом с учительским столом. В корзине что-то вспыхнуло, но мистер Хамфрис даже глазом не моргнул, чем заслужил искреннее восхищение нашей героини.

- Спасибо, Фэй, - ровным тоном произнес он. - Друзья, то, что мы с вами сейчас видели, можно назвать примером… предметной поэзии. Завтра я познакомлю вас с более традиционными жанрами. Урок окончен.

Фэй вышла из класса. Через секунду все как с цепи сорвались - начался просто массовый исход. Джеффри схватил тетрадь и умчался.