Ритуал

В результате, когда героиня вытащила голову из глубин багажника, на лице ее сияла одна из самых радужных улыбок:

- Да, - ответила девушка, бросив беглый взгляд в сторону матери, занятой утрамбовкой вещей на заднем сиденье автомобиля.

- По-моему, вы собирались уезжать в конце следующей недели.

- Мы передумали, - девочка взглянула в карие очи Порции и ужаснулась, увидев, какие они холодные и страшные. - Не потому, что не понравилось. Было здорово, - как-то глуповато и скомканно добавила она.

Порция смахнула со лба прядь желтых волос.

- Думаю, тебе лучше держаться подальше от восточного побережья, - процедила она. - Мы здесь лгунов не любим.

Кэсси не ожидала такого поворота; щеки залились краской."

"«Значит, они поняли, что я наврала на пляже».

Казалось бы, наконец-то настал момент для одного из бесчисленных разгромно-искрометных комментариев, сочиняемых ею тоскливыми кейпкодовскими вечерами, но она опять не смогла выдавить из себя ни словечка, лишь покрепче сжала губы.

- Хорошего путешествия, - пожелала на прощание вежливая, но несносная местная обитательница, смерив пропащую мечтательницу, будем надеяться, последним из своих холодных взглядов, и отвернулась.

- Порция! - горючая смесь напряжения, смущения и злости делала общение с бывшей знакомой почти невыносимым, но спросить было необходимо, ведь другого шанса не представится. - Подожди, можешь мне одну вещь сказать?

- Какую?

- Сейчас уже, конечно, не важно… мне просто интересно… я подумала… вдруг ты знаешь, как его зовут.

- Кого?

Кэсси почувствовала, как новая порция крови прилила к и без того пунцовым щекам, но продолжала упорствовать.

- Ну, того рыжего парня. Которого мы на пляже видели.

В карих глазах ничто не дрогнуло, они смотрели прямо на Кэсси, зрачки сжались до крошечных точек. В этих глазах девушка прочитала: «Оставь надежду всяк сюда входящий…»

И не ошиблась.

- Какого еще рыжего парня? - бесстрастным голосом отчеканила Порция, демонстративно развернулась на каблуках и удалилась.

На этот раз Кэсси ее не останавливала.

Много зелени - вот что бросалось в глаза по дороге на север. По обеим сторонам от шоссе рос лес: в Калифорнии за такими гигантами пришлось бы в национальный парк ехать…

- Это сахарные клены, - откликнулась мать с преувеличенной жизнерадостностью, увидев, что Кэсси вроде бы заинтересовалась группой особенно изящных деревьев за окном. - А те, что пониже, - красные клены. Ты даже представить себе не можешь, какими они становятся осенью! Не просто красными, ослепительно красными, как закат. Ты увидишь, это бешеная красотища!

Кэсси молчала; ей было наплевать на любые, пусть и очень красивые, здешние деревья летом, осенью и в прочие времена года, потому что ей вообще не хотелось здесь находиться.