Риск

Она слишком маленькая для меня, слишком меня раздражает и… – Он испуганно замолкает и засовывает руку в карман своих штанов. Достав телефон и посмотрев на экран, Холлис становится белым, как мел. – Боже, это она.

– Ты сохранил ее номер в своем телефоне? – спрашиваю я.

Я валюсь набок, сотрясаясь от беззвучного смеха.

Фитц, забавляясь происходящим, качает головой:

– Ты же знаешь, что можешь изменить контакт?

Но Холлис уже отвечает на звонок. Он едва успевает сказать «привет», как из телефона начинает литься возбужденное щебетание.

Мы с Фитцем ухмыляемся друг другу. Понятия не имею, что там говорит Рупи, но она тараторит, как из пулемета, и объятый ужасом Холлис – это, скажу я вам, бесценное зрелище. Давно меня так не развлекали.

– Но я не люблю романтические комедии, – жалобно произносит он.

– Нет. Я не хочу смотреть кино. Если ты хочешь провести со мной время, то давай пойдем куда-нибудь еще и потрахаемся.

Следуют пронзительные крики.

Я сворачиваюсь в калачик в припадке истерического хохота.

– Ладно, фиг с тобой! Мы пойдем смотреть это идиотское кино, но тогда тебе лучше поцеловать меня, Рупи, и не вешать лапшу на уши про поцелуи на втором свидании, потому что если бы на твоем месте была бы какая-нибудь другая девушка, мы бы уже трахались!

Весь остальной мир перестает существовать для Майка Холлиса. Он поднимается с кровати и выходит из комнаты Саммер. Из коридора доносится его возбужденный голос.

– Никакой я не сексуально озабоченный! У меня не было секса с тех самых пор, как я встретил тебя.

– Думаю, да. Но если честно, его и до этого нельзя было назвать королем секса. Он много говорит, но на самом деле куда более избирателен, чем хочет казаться. Мне с трудом верится, что у него было столько девушек, сколько он говорит.

– О, ну конечно, нет, – доносится из шкафа приглушенный голос Саммер. – Сердцеед из него еще тот!

– Он хоккеист, – отвечаю я. – Хоккеистам и не нужно особо напрягаться. Фанатки всегда рады их видеть.

– Так, ребята, что вы думаете об этом?

Саммер появляется в белом платье без бретелек с бахромой на юбке.

– Милое, – говорит ее бойфренд.

– Какое-то слишком невинное. Я бы никогда такое не надела.

– Ты во всем выглядишь отлично. Это отвратительно, и я ненавижу тебя. И вообще, ты можешь избавиться от половины содержимого своего шкафа и все равно будешь выглядеть как супермодель в том, что останется.

На лице Саммер сияет улыбка.

– Ты права, платье отличное. Оставлю его.

Мы с Фитцем переглядываемся, угорая над ней. Я до сих пор поражаюсь, как эти двое могут быть вместе. Но каким-то чудом будущему модельеру и ботанику-геймеру это удается.

– У вас есть планы на вечер? – спрашиваю я.