Резидент

 — Вставай! — и отвесил хлесткую пощечину. Диверсант открыл глаза, непонимающе уставился прямо перед собой. — Я бы этому гаду еще добавил. Из-за него хороший человек чуть под трибунал не попал. — Старшина умело его обыскал, вытащил из карманов документы, из кобуры выудил «ТТ». — Возьмите, товарищ капитан.

Едва пролистав военный билет и командировочное предписание, Романцев спрятал их в планшет.

— Дай я с ним сам поговорю, — сказал он и наклонился над диверсантом, понемногу приходившим в себя. — Когда от вас отошел старший сержант?

Сжав челюсти, диверсант хмуро смотрел на склонившегося над ним Романцева.

— Я не знаю.

— А кто за тебя будет знать? — Тимофей ткнул ствол пистолета прямо ему в лоб. — Говори, если не хочешь, чтобы мы тебя прямо в этой яме закопали! Твое имя?!

— Григорий Панаевский, — выдавил из себя диверсант, пытаясь приподняться.

— Сидеть! Какова твоя роль в группе?

— Я — радист.

— Кто у вас старший?

— Фрол Кравченко. Он меня сюда послал за рацией и документами.

— Это его настоящее имя?

— Нет, по абверовским документам.

— Как звать второго?

— Василий Рубан, имя и фамилия тоже не настоящие.

— Где они находятся?

— В землянке, недалеко отсюда.

— Вы уже забрасывались сюда?

— Да, — не сразу ответил Панаевский.

— Что за землянка?

— Ее перед самым отступлением соорудили.

— Почему рацию оставили?

— Нести тяжело. А тут еще и взрывчатка.

— Запарились, значит, — хмыкнул Романцев. Достав карту, сказал: — В какой квадрат идете?

— Вот сюда, к этому изгибу. Там небольшой мосток проложен через какую-то промоину, вот под опору и заложим взрывчатку, — показал диверсант на полоску железной дороги, рассекающей зеленое пятно лесного массива. — Наша задача заблокировать участок в районе Детковцы, а потом выдвигаться в Броды. Там нас должны встретить бойцы УПА.

— Зачем?

— Организуется какая-то крупная акция, но какая именно, я не знаю. Я всего лишь радист.

Железная дорога проходила через расположение Тринадцатой армии, была одной из главных артерий, снабжающих боеприпасами Первый Украинский фронт. Удар решено было нанести по самому уязвимому месту. На восстановление путей потребуется немало времени, а значит, в случае наступления немцев Первый Украинский немедленно ощутит нехватку боеприпасов.

— Когда именно они должны подойти к мосту?"

"— Возможно, уже подошли… Товарняки по этой линии ходят часто, любой из них может быть взорван.

Поезда через Детковцы ходили каждые полчаса. Не исключено, что в это самое время диверсанты уже подкладывали под рельсы взрывчатку. Значит, времени для их задержания практически не остается. Мост может взлететь на воздух в любую минуту.

— Так, где у нас радист? — обернулся Романцев к бойцам.

— Я здесь, товарищ капитан, — вышел вперед боец.